Книга Огненные крылья Демона Пустыни, страница 46 – Ульяна Муратова

— Дождливого утра, — раздалось за спиной, когда я сняла со сковороды первый сырник.

Теста получилось много, ибо одно яйцо такого размера — как три куриных. А я задумалась и случайно разбила целых два. Сырников теперь хватит до приезда каравана.

— Дождливого, — эхом отозвалась я. Они всегда таким образом здоровались, даже если за окном хмурилось. — Ирихан, прошу прощения за вчерашнее… Мне не стоило.

Я не стала к нему поворачиваться, потому что так было проще. Опустила лицо к сковороде, будто на сырниках написано, что мне делать дальше.

— Лия, я тоже прошу прощения. Это мне не стоило так говорить. Но ситуацию это не меняет. Я принёс очки, маску и вещи, которые вам могут пригодиться в пути. И хотел предложить небольшую прогулку на фахораках, чтобы вы привыкли.

— Буду безмерно благодарна, — искренне ответила я. — Садитесь, поешьте, пока горячее.

Неловкая тишина разлилась по кухне. Обожаю такую атмосферу всеми фибрами души.

— Очень вкусно.

— Спасибо.

У меня была ещё одна проблема, и я совершенно не знала, с кем о ней поговорить. И, наверное, не стала бы делать этого с ним и до вчерашнего вечера, а после — и подавно. Неумолимо приближались красные дни календаря. Зная свой организм, я могла с уверенностью утверждать, что они начнутся в день отправки с караваном. Возможно, это лично моё свойство и удача, но стоило только куда-то поехать… как начиналось кровавое веселье, ныл живот, болела голова и хотелось плакать. И если раньше у меня имелся целый таблеточно-прокладочный арсенал для борьбы с временными трудностями, то сейчас из гигиенических средств Ирихан выделил лишь зубную щётку, мыло и зубной порошок. Классный, кстати, от него после пробуждения во рту было почти так же свежо, как и вечером.

— У вас сейчас есть планы? — спросил он, когда я окончательно погрузилась в невесёлые мысли о насущном. Вернее, физиологичном.

— Нет, конечно. Только посуду домою.

Сырники и правда получились отличные. К ним Ирихан достал финиковое и тамуровое варенье. Последнее я пробовала регулярно, там и осталось-то немного на донышке — оно было не такое приторное и с лёгким свежим привкусом. Он вынул ещё одну банку, с джемом из крупных мясистых лепестков. Вкусно. Внутри попадались маленькие орешки.

Половину теста поставила в холодильник. Огненный, конечно, отличался отменным аппетитом, но столько даже он не съест. Всё убрала со стола и начала мыть посуду, ловя в окне его отражение. Он как обычно задумчиво следил за моими движениями. На этот раз не стала растягивать процесс, закончила за пять минут.

— Вещи на столе в гостиной. Конечно, это мужское, но я подгоню по размеру.

— Спасибо. До этого заклинания я пока не дошла. Да и страшно тренироваться на чём-то хорошем.

Маг ничего не ответил.

На журнальном столике и кресле лежало два комплекта одежды — тёмно-синий, вызывающий брючный костюм с золотой отстрочкой, как у тореадора. И ярко-лиловый, расшитый серебром.

— Это какие-то нарядные костюмы?

— Да, только этим нарядам уже лет десять. Я надевал только синий, — Ирихан тяжело вздохнул. — Вообще, в Минхатепе ценятся чёрные вещи. Считается, что белый — для бедняков. Богатые ходят в тёмном. Чем темнее вещь, тем сложнее в ней находиться на солнце, поэтому такую одежду зачаровывают специальным образом. Следовательно, она дорога.