Книга Когда случается невозможное. Том 1, страница 49 – Ульяна Муратова

— И откуда ты такая умная? — сквозь слёзы улыбнулась я.

— Читала блоги по психологии, думала, что смогу матери помочь. Сначала про алкоголизм, потом про созависимые отношения, потом про всё остальное, — вздохнула она. — А потом, когда мне предложили перейти в другой мир, поняла, что ничего я не смогу изменить. И мой путь — либо остаться и положить свою жизнь, исправляя то, что я исправить не в силах, либо развернуться и уйти. И я поступила эгоистично: выбрала себя, решила начать новую жизнь.

— Ты поступила разумно, — обняла я её в ответ. — Из твоей ситуации не было другого выхода. Твоя мать не хотела останавливаться, а каким выйдет из тюрьмы брат — неизвестно, тем более ты говоришь, что примерным поведением он не отличается и затевает драки даже в колонии.

— Я тоже убеждаю себя в этом каждый день, но внутри свербит чувство вины. Будто я могла что-то сделать и не сделала, не нашла подход, не увидела правильное решение.

— Если бы кто-то нашёл правильное решение этой проблемы, то он бы озолотился. Даже наркологи с многолетним стажем говорят, что вылечиться можно только при сильном желании самого пациента, — я постаралась поддержать Лилю. — Ты не виновата в том, что этого желания у твоей матери не возникло. Видимо, ей было легче затуманивать мозги, чем самой принимать решения и поднимать двоих детей.

— Ты права. И умом я это всё осознаю. Только душа всё равно болит.

— Наверное, так и будет всегда. Когда погибли родители, то я тоже мучила себя сомнениями, могла ли я как-то это предотвратить. Мы с бабушкой много говорили об этом, и она помогла мне понять, что это жизнь. И, к сожалению, один из её главных законов состоит в том, что все мы смертны. Знаешь, она смеялась, когда говорила о смерти, — улыбнулась я своим воспоминаниям. — Говорила, что самое лучшее, что есть в каждом прошлом поколении, — это то, что оно освободило место для следующего. Что для человечества самое большое счастье в том, что люди смертны, иначе представь, каким был бы мир с бессмертными отморозками. Почему-то бабушка считала, что любой гений рано или поздно иссякнет, а вот плохой человек гадить будет вечно. Да и вообще, прикинь, выходишь в магазин, а там стоит Распутин и не знает, как разблокировать свой телефон. Или у Пугачёва на парковке Ашана нет монетки, чтобы отсоединить тележку. Или Пушкин пишет стихи на стене у какой-то чики в инстаграме. Бабушка смеялась, что если не знаешь, как воспользоваться мобильником, то ты загостился на этом свете.

— И как, ты научилась смеяться над смертью? — Лиля отрешённо посмотрела в окно.

— Иногда. Особенно если дело касается каких-то ритуалов. Однажды бабушка вернулась с похорон и сказала, что если она будет лежать в гробу с таким же недовольным лицом, как её почившая подруга, то лучше её сразу кремировать, не пугать червей.

— Отчаянная бабуля, — хмыкнула Лиля.

— Да. Так и было. Она была храбрая и острая на язык. Думаю, что быстро бы эльфа на место поставила, не то, что я, — вздохнула, вспоминая бабушку. — Или даже гонялась бы за ним по лесу с криком: «А ну, показывай, охальник, чем тебя природа обделила!»

Лиля хихикнула. Я тоже.

— Бежит такая за ним, машет веткой и кричит: «Я тебе сейчас как покажу, чему меня дед в шестьдесят восьмом научил! Вы, эльфы, небось, такого и не видывали!», — прыснула она.