Книга Поздравляю, Синичкина! Ты попала, страница 22 – Вероника Ольховская

— Просто не успела, — пожав плечами, нагло солгала я. — Всё в стирке…

— Посмотрите на неё, — потянувшись к ремню, прохрипел Максим. — Врёт и не краснеет…

Я завороженно следила за каждым движением, пока он ловко расправлялся с пряжкой ремня и приспускал брюки. Ткань скользнула вниз, открывая моему взгляду напряжённый член.

Он был таким большим, таким горячим, таким желанным. Я облизнула пересохшие губы, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения.

Мои пальцы впились в край тумбочки, ноги раздвинулись шире в приглашающем жесте.

Максим шагнул ближе, и я почувствовала жар его тела. Головка члена коснулась внутренней стороны бедра, скользнула выше, словно дразня, и упёрлась в сочащиеся желанием складки.

Я невольно подалась вперёд, насаживаясь на него. Но Максим медлил… Томительно, мучительно, водя членом по моей промежности, собирая смазку, дразня клитор, заставляя меня выгибаться навстречу в безмолвной мольбе.

Внутри всё горело огнём, требуя одного — чтобы он вошёл.

И когда терпеть уже не осталось сил, когда я была готова умолять вслух, Максим подался бёдрами вперёд и вошёл.

Чувствовать его в себе было самым приятным, что мне довелось испытывать в жизни. Настолько правильным, настолько естественным, словно все мои годы до этой минуты были лишь томительным ожиданием этого мгновения.

Максим набирал темп медленно, осторожно. Но каждым новым толчком его дыхание становилось всё тяжелее, движения — всё резче. Я стонала, вцепившись в его плечи, чувствуя, как по телу разливается жар.

Горячие ладони скользили по моему телу, сжимали бёдра, поднимались выше, к груди, сминали её в такт движениям. Пальцы нашли затвердевшие соски, сжали их, и я вскрикнула ему в рот, чувствуя, как внутри нарастает сладкое напряжение.

Тумбочка жалобно скрипела, несчастный букет рухнул на пол, а бутылка шампанского чудом не разбилась. Но нам было глубоко плевать на это…

Внутри всё горело, пульсировало, сжималось вокруг него с каждым движением всё сильнее. Я чувствовала, как с каждым толчком приближается тот сладкий миг, когда время останавливается.

— Смотри на меня… — приказал Максим, скользнув пальцами к клитору. — Не закрывай глаза!

Не в силах вымолвить ни слова, я кивнула и встретилась с ним взглядом. В его глазах горело что-то первобытное, дикое… Я смотрела в эту бездну и тонула, проваливалась, теряла себя.

Оргазм накрыл нас одновременно.

Я застонала, чувствуя, как моё тело сжимается вокруг него в сладких спазмах. Максим прорычал, изливаясь глубоко внутрь, горячими толчками заполняя меня. Мы замерли в этом блаженстве, не в силах пошевелиться, не желая разрывать связь.

Максим первым нарушил тишину — поцеловал меня в лоб и прошептал:

— Вот теперь можно и поужинать… Я уже здесь чувствую, что пахнет моей любимой шарлоткой.

Несколько недель спустя

Солнце светило по-весеннему ярко, заставляя жмуриться и улыбаться без причины. Мы с Лерой неспешно бродили по торговому центру, заглядывали в витрины, примеряли туфли, в которых никогда не сможем ходить, и с упоением перемывали косточки общим знакомым.

Идеальный выходной: никаких дел, беготни, только свежие сплетни, ароматный кофе и редкое удовольствие ничего не делать.

— Ну рассказывай давай, — Лера толкнула меня плечом, когда мы вышли из очередного обувного магазина. — Как там ваш служебный роман?.. Планктоны ещё не шушукаются?