Книга Ты подчинишься, страница 22 – Алекс Хант

Жаль, конечно, было прощаться с Ильей, но состояние его отца резко ухудшилось, так что я посчитал, что небольшая поддержка в виде поднятия связей и тайного меценатства в одну из лучших клиник Берлина с намеком, что некий господин из Москвы желает быть прооперированным по квоте, имело место быть.

Илья был замечательным танцором. И я не думал, что на его место может прийти кто-то… интересный.

Оказалось, смог. Вернее, смогла.

— А здесь… музыка предполагается? Или будем с приглушенной? – Она хотела уже приоткрыть дверь в общий зал, но я ее остановил.

— Разумеется, музыка имеется. – Потянулся, взял пульт с низкого столика, направляя на музыкальный центр, спрятанный среди тяжелых портьер. По помещению тут же разлилась приятная мелодия, а я вопросительно взглянул на Диану.

Начинать будем?

Боталова вздохнула, но покорно пошла в клетку.

Да-а! Передо мной девочки должны быть покорными!

Пусть сейчас Диана и не осознавала этого, но дарила мне эйфорию лишь от одного вида себя, такой ершистой и послушно залезающей туда, где должны сидеть сабы.

Приятное зрелище!

Она начала двигаться, ловя ритм, я же с исследовательским интересом наблюдал за ней.

— Признаться, не думал, что все-таки согласишься.

— Мне остановиться?

— Нет.

Эта дерзкая девчонка продолжала извиваться, одновременно с тем с совершенно бесстрастным выражением лица сообщая:

— Как Вы заметили, это всего лишь часть работы. Так чего же отказываться от практически халявных денег? Что танцую здесь, что в общем зале – движения одинаковые, только здесь за то же время я получаю… кстати, сколько?

Кажется, ее стоит приструнить.

Поднялся с места, подходя к клетке.

— Тебя интересуют только деньги?

Она все-таки замерла.

— А для чего же я здесь изображаю из себя припадочную змею?

Не удержался, губы разъехались в улыбке.

— Действительно. Для чего?

Боталова потерла пальцами.

— Мани-мани. Так сколько?

— Ты можешь заработать больше, если будешь… тихой. И подавать голос только тогда, когда я разрешу.

— Я что, собака?

— Ты та, кто только что сообщила, что ей важны деньги. – Я достал из кармана кошелек, выуживая оттуда тысячную купюру. Начнем с малого. – Это, – просунул сквозь прутья, добираясь до ее юбочки, однако не стал засовывать за резинку, лишь провел бумажкой по коже над черной тканью, – за твое согласие самостоятельно пройти сюда, в клетку.

Диана не стала заострять внимание на игры с ее животом, выхватила купюру, автоматически задирая голову вверх. Вот только здесь не предполагалось иметь сумку для наличности.

И я ждал момента, когда Боталова сообразит, что с этого момента любая подачка с моей стороны перекочует ей в трусы. Или лифчик. Гадал, что же это будет в результате.

Однако… она меня удивила.

Сложила тысячу в четыре раза, сняла с головы фуражку и засунула под один из ободов, удерживающих конструкцию жесткой, после чего снова водрузила на голову.

Ха.

Один-один.

— Могу задать вопрос?

Надо же, как быстро учится. Уже и разрешение спрашивает?

— Задавай.

— Зачем Вам это? – Она обвел комнату широким жестом. И себя как вишенку на торте.

— Разве я мог упустить такой шанс? Посмотреть на твои… старания. Все-таки через пару дней ты приступаешь к тяжелому «физическому» труду. И взглянуть на твою выносливость в моих же интересах.