Книга Ты подчинишься, страница 52 – Алекс Хант

Засранка.

Скрипнул зубами.

— Да. Разумеется.

Нет, ее определенно кто-то муштрует. И указывает на моменты, которым следует уделить большее внимание.

Пусть моя анкета и была составлена персонально для Дианы, но я позволил себе сделать некоторые отступления. Небольшие. Но она может заметить. И дополнить ее таким образом, чтобы мои попытки замаскировать «хотелки» оказались тщетными.

— Прежде чем перейдем к дальнейшему обсуждению, я хочу определить для себя некоторые, скажем так, столпы.

Кивнул, позволяя ей продолжать.

— Как часто проводятся сессии?

— Это индивидуально. Все обсуждается.

— Накануне? Или за час до встречи? Или прописано в контакте?

Снова неудобные вопросы.

— Можем прописать периодичность, но легче исходить из реальности. Всегда бывают форс-мажоры, которые заставляют переносить встречи на более позднее время. Отсюда сдвиг и наслоение.

Сойдет такой ответ?

Диана подвоха не заметила. Но следующим вопросом заставила меня нахмуриться.

— А вот как сегодня– участие третьих лиц – оно прописывается в контракте? Или остается на усмотрение Дома?

— В анкете присутствует пункт про публичность.

— Я видела. Но это несколько другое. То же самое публичное унижение из ста какого-то пункта может подразумевать, например, поход на улицу, в тот же парк, где придется делать что-то в рамках закона, чтобы не загреметь в обезьянник, но достаточно унизительное, чтобы считаться полноценной сессией.

Вздохнул.

Кажется, простой подход с ней не работает.

Слишком острый ум и вариативность мышления. Даже для новичка. Нет. Скорее, особенно для новичка!

— Обычно в сессиях нет места третьему. – Пришлось сознаться.

— Я хочу, чтобы этот пункт был закреплен.

Кивнул.

Она связывает мне руки. Сама.

— Значит, сегодняшнее представление – исключение из правил? Согласованное с ней. – Снова указала в сторону комнаты.

— Да.

— Окей. Далее. Цена вопроса?

— Будет зависеть от того, что я увижу в конечном варианте. В твоей анкете.

— Справедливо. – Не стала спорить Боталова, чем в этот раз порадовала. Хоть это понимает! – Ну, и, пожалуй, последний вопрос, раз все так или иначе упирается в мои ответы. Где Ваша анкета?

— Дому не обязательно ее заполнять. Сессии в основном направлены на саба.

— Не соглашусь. Если мы определяем наше… сотрудничество как деловое соглашение я хочу иметь представление, что же преследуете Вы. Так что… предлагаю обменяться анкетами к завтрашнему вечеру.

Она ставит условия. Мне?

Глубоко вдохнул, понимая, что мне, кажется, придется задержать Олю. И довести начатую сессию до конца. Слишком напряженной выходила беседа. Меня совершенно не устраивало, как мы поменялись местами. Когда оставались в рамках дозволенного!

Боталова филигранно играла словами, загоняя меня в эти самые рамки. Повесила на шею хомут, методично затягивая, чтобы перекрыть доступ к кислороду.

С одной стороны, довольно нагло, учитывая ее незнания в области, куда она решила сунуться. С другой, черт, она имела на это право! Если согласится стать моим сабом.

Всегда предполагалось обсуждение с двух сторон. Но я сначала хотел посмотреть на ее возможности. Ее желания и табу.

Придется двигать сроки.

Обмен, значит?..

— Договорились.

Диана кивнула, поднимаясь из кресла.

— В таком случае, до завтра, Николай Максимович.