Книга Дружба чистых сердец, страница 67 – Оксана Евгеньева

— Ага, так она с тобой и поехала, размечтался. Ты куда вчера вечером пропал?

Я уселась за стол, есть не хотелось, но вот от чая я не отказалась.

— Погодка-то подкачала, да? – спросил меня Витя.

— Да, да. Ты куда пропал вчера, лучше расскажи.

Витя обернулся, посмотрел, что сердобольной хозяйки нет в кухне и сказал:

— Ходил встречался сразу с ментами, которые приехали в деле Генки разбираться. Про вдову им рассказал и про остальных. Узнал, какие у них новости.

— И какие?

— А никаких. Генку утопили приблизительно в четыре-пять утра. Повезло нам, что труп на берег вымыло. Чаще всего утопленников забирает море. Но тут мелкота. Поленился наш убийца тело поглубже затянуть, оставил где-то у берега. Так что сказать, что преступник сообразительный, не получится. Не было бы тела, не было бы дела, сама понимаешь. В желудке у Гриши остатки прощального ужина нашли. Не котлетки с картошечкой, как понимаешь. И алкоголя прилично. Но есть подозрения, что нашего парня накачали. Эксперт нашел ранки во рту, синяки от горлышка.

— Слушай, ну он же огромный, я видела его труп. Как он дал себя напоить?

— А это хороший вопрос.

— Мне тут одна мысль пришла. Я, честно говоря, не сторонница теории заговоров. Но ты заметил, что Генке тут были не рады. Ваша идея с курортом не очень у местных откликается. Особенно у старого поколения. А люди, которые рыли ямы и держали в них своих родных, вполне могли утопить одного Гену.

— Вась, понимаешь, в чем дело. Я думал об этом. В твоих словах есть зерно истины.

— Но?

— Но Мишка, местный глава, прав. От присутствия или отсутствия Генки ничего не меняется. Завтра или через неделю приедет новый «пиджак» и будет вести переговоры. Да собственно, переговоров не будет. Уже все давно решено, дело времени. Земля тут колхозная. Поля все эти – брошенные. С использованием этих земель решают не здесь, сама понимаешь. На местных здесь всем чхать. Земли в округе достаточно, так что бабушек с их дач никто гнать не будет.

— Ага, обнесут забором, чтобы элита не видела деревянные сортиры.

— Ну этого я не знаю, план постройки еще не видел. Да и времени на строительство понадобится не один год. Земля тут вырастет в цене однозначно. Появятся магазины, рестораны, а, значит, новые рабочие места с зарплатами, за которыми не придется ездить в соседнее село. Опять же аптеки, медцентр. Вы все думаете, что приход бизнеса на землю – это плохо. Но это и хорошо на самом деле. Вон, у этого тренера, может, известность появится, новые клиенты. Сейчас же не девяностые, чтобы отжимать и выгонять. Сейчас любая фишка может стать аутентичностью этого места. Люди готовы платить бабки за ретриты, слышала? Это когда ты на сене спишь, телефон свой отдаешь, ешь кашу на воде и медитируешь. В поле работаешь, а если надо, и в яме посидишь сутки. Главное, все это красиво завернуть в словоформу и подороже продать. Так что я понимаю, что местные могут быть недовольны. Но давай правду, наш народ всегда с недовольством воспринимает перемены. Но никто уже хлебные мякиши не крутит и в молоке не размачивает. Потому что прогресс. Есть хлопья, мюсли и прочая хрень.

— Хорошо, может, ты и прав. Вот мы узнали последний день Гены. Узнали, где он шастал и с кем он жил. За что его было убивать?

— А вот этот вопрос хороший. И заставляет сильно задуматься.