Книга Миссия: увести чужого мужа, страница 26 – Оксана Евгеньева

— Да. Примерно так и говорится, – вздохнула я. – Я вот думаю, а может, нам зама подключить? Или раскрутить? Он, конечно, лошадка темная. И очень любопытная. И скорее всего, еще и стукач. Но, может, как-то воспользоваться этим?

— Как? – удивленно спросила Настя.

— Ну не знаю. Если его охомутать, закрутить с ним? И заставить шефа ревновать? Тогда и польза будет. Вдруг он, влюбленный, не захочет мне вредить?

План, конечно, был так себе, но я хваталась за любую ниточку. Настя ухмыльнулась и выдала:

— Знаешь, с твоими умениями тебе не успеешь навредить, как ты сама себя добьешь и закопаешь. Идея, конечно, хорошая. Но справишься ли ты с двумя мужиками? И как потом их отваживать от себя будешь?

— Не знаю. Но попробовать ведь можно…

— Ну, попробуй, – сказала Настя и съела еще один пирожок.

Подруга жевала мою стряпню, а я погрузилась в свои мысли. Я так запуталась и так хотела освободиться от всего этого безумия, что была готова совершать глупости и дальше.

Уже на следующее утро я была на работе с коробкой пирожков. Сегодня я оделась гораздо проще: юбка-карандаш и шелковая блуза, застегнутая на этот раз не до конца. Ничего криминального, так, баловство с одной пуговкой. Прическа старая, нетипичная для меня, макияж спокойный. Только браслеты на руке. Пять штук разом, тонкие, серебряные, при движениях позвякивают друг об друга. Духи. Легкий сладкий аромат на запястье и на впадинку на шее.

Вот и вся моя подготовка.

Я решительно постучалась и вошла в кабинет шефа:

— Здравствуйте, – сказала я с порога. – Я вам пирожков принесла.

Шеф в это время пил кофе и что-то читал. После моего заявления про пирожки он чуть не подавился и резко уставился на меня:

— Пирожки? У вас что, кто-то умер? – он сказал первое, что пришло ему в голову.

И сам оторопел от своих слов. Вся гамма его чувств легко читалась по лицу.

Я мысленно ухмыльнулась, но вслух сказала:

— Ну почему сразу умер, просто напекла много. Живу одна, помочь доесть некому. Пирожки вкусные, пока свежие. А потом уже не такие. А я увлеклась, честно говоря, люблю с тестом возиться, – я сделала вид, что смутилась. – Решила поделиться тут, на работе. А больше мне негде. С вами в первую очередь, а потом и с остальными. У меня целый пакет пирожков с разными начинками.

Шеф промолчал. Видно, не знал, что сказать. Просто смотрел, как я ставлю перед ним тарелочку, на которой лежат румяные пышные пирожки и красивая кружевная салфетка ручной работы. Спасибо моей бабушке. Вот уж кто в нашей семье был настоящей рукодельницей! Шеф смотрел на тарелку с отсутствующим видом, чем стал меня раздражать, поэтому я добавила:

— Там с капустой, картошкой, с рисом и яйцом. Ну, сами попробуете.

Шеф все молчал. Честно говоря, я очень боялась, что он отправит меня за справкой о психическом здоровье. Но он продолжал хранить молчание.

Я не стала дожидаться, пока Валера придет в себя, а просто улыбнулась, ободряюще дотронулась до его плеча и направилась к выходу.

Уже возле двери я услышала кряхтение и тихое «Спасибо».

Я улыбнулась во весь рот, а потом закрыла за собой дверь.

После шефа я направилась прямиком к заму. Я решила, что стоит его взять в оборот, чтобы зря не пропадал со своими опасениями. Эта мысль поразила меня прямо в сердце: оборотистой же я стала! Была скромницей и отличницей без всяких там кавалеров на горизонте, а теперь просто тигрица какая-то. Я подошла к Алексею Ивановичу и протянула ему тарелку с румяными пирожками: