Книга Дневник лесного янгире, страница 94 – Алекс Муров

— Что ты говоришь? Это не правда. Мы встречаемся с ним и лучше ты вали отсюда, сучка!

Летта багровеет. Говорит все громче:

— Я тебе сейчас твою косую рожу разобью.

— Только попробуй!

— Ах ты мразь! —и с этими словами Летта бьет ей прямо по лицу.

Девушка падает на колени. Посетители в зале молча наблюдают. Злая Летта хватает её за волосы и начинает трясти. Я вбегаю в зал и пытаюсь как-то разнять девушек. Но у меня ничего не выходит. Я впервые в такой ситуации и просто растерянный не знаю, что делать.

— Отойди, Алекс. —говорит Сун, вырывается и сжимая кулаки бьет Летту.

Удар в скулу. Удар в живот. У обеих на лицах появляется кровь. Летта падает, а Сун пинает её ногой.

— Перестаньте! —кричу я.

В зал вваливается коренастый охранник.

— Что здесь происходит девочки? —спрашивает он.

У Сун на глазах выступают слезы. Я обнимаю её.

— Ты знаешь эту девушку?

— Знает… -говорит Летта с пола.

— У нас давно с ней всё кончено… Я люблю только тебя… -шепчу я девушке.

— Не верь этому уроду, сучка… – Летта поднимает голову на нас и вытирает кровь с губы. —Ты о нем еще узнаешь! Любовь, это как война…

— Пойдем отсюда. —шепчу я Сун и мы покидаем заведение.

На улице она меня спросила:

— Что она имела ввиду?

— Не может пережить что я её бросил… Забудь.

* * *

И вот мы уже дома в её комнате. Я мажу разбитые коленки девочки йодом. Она сидит на кресле, подозрительно смотрит на меня и спрашивает:

— Там в поле… Ты говорил странно. Сорвал что-то в траве и проглотил. Зачем? Ты что-то употребляешь?

— Тебе не больно? -спросил я, будто не услышал её.

— Смешно. Ты в последнее время часто задаешь мне этот вопрос. Но ты не ответил. Это был какой-то гриб там в траве? Ты употребляешь психоделики? Для чего?

— Чтобы стать нормальным…

— Алекс, мозг – это химия. Добавь в него яд и ты рискуешь навсегда потерять связь с окружающими. Не играй с этим… Ай…

— Щипит? Потерпи. —я дую на смазанную йодом, болячку.

— Алекс… Скажи честно, ты болен? Я уже второй раз замечаю, что ты странно себя ведешь. У тебя был рецидив? Ты борешься с этим с помощью грибов?

— Успокойся родная. Я не болен… -я убираю йод в сторону, нежно обнимаю ноги девушки и целую их. -Твоя кровь на вкус сладкая, как сахар!

— Ты меня не убедил.

— Все, что со мной происходит – не страшно и это пройдет… Я справлюсь…

— Скажи и давно ты на них сидишь?

— Какая разница…

— Значит давно. Я начинаю за тебя переживать. Вдруг то, что ты употребляешь, вытеснит твою личность и ты станешь янгире…

— Что ты несешь?

— Ты увлекаешься фольклором и должен знать. Эти организмы могут разбудить твоего спящего психопата, Алекс… Я не хочу, чтобы на тебя нашло затмение разума… Будь осторожнее.

— Давай сменим тему, пожалуйста… -я отпрянул от колен девушки и отвернувшись, подошел к окну.

Наступила тишина. Я стою и тупо пялюсь в окно. Кореяночка говорит:

— Получается, что за эти дни я дважды лишилась девственности.

— Что ты имеешь ввиду? —оборачиваюсь я на девушку

— Я никогда раньше не дралась ни с кем. —улыбается Сун.

В воскресенье я ушел в лес. По утрам начинает холодать. Начинается грибной сезон. В лесу свежо и пахнет хвоей. Голубое небо затянуто туманной дымкой и маленькими облачками. Я одет во все черное: в бомбер и джогерры. В руке – нож бабочка. Я медленно брел по пушистому зеленому ковру из мха и собирал в круглую жестяную коробочку, священные mushrooms. Заприметив грибную семейку во мху, наклоняюсь и тяну к ним руку, но тут же резко одергиваю. Вижу, как рядом проползает и шипит змея. Серая с пятнышками. Ядовитая. В каждом месте в лесу, обитает свой дух и вполне возможно, что он проявился сейчас передо мной в живом существе. Когда змея спряталась в норе, я вырвал всю грибную семью и положил в коробочку. Оглядываюсь. Вокруг меня так красиво. Я беру лист папоротника и прижимаю его к лицу. Внутри меня покой, чистота и радость. Ощущения как в детстве. Я закрываю глаза. В голове проносится флэшбек, когда мне было всего 9 лет и я таким же образом медитировал, словно отдавал приветствие Богу леса. Заряжался, получал энергию, соединяясь с природой, а мир вокруг как будто приобретал яркость и звенящую красоту.