Книга Добыча лорда Эндрю Грегори, страница 148 – Полина Ром

Я хорошо помнила, что, к неудовольствию его высокопреосвященства, сэр Дилан не только поставил восковую печать рядом с печатью кардинала, но и залил воском все стороны того самого ларца, оставив оттиск собственного перстня на каждом свободном кусочке. Теперь вскрыть эту шкатулку, не нарушив печати, было совершенно невозможно. Даже если выкрутить винты с бронзовых петель с обратной стороны — всё равно нарушите хоть одну из печатей.

За дверями моей камеры, сменяясь каждые несколько часов, по двое стояли охранники церковников и солдаты замковой охраны. Мне даже принесли вполне приличный обед, но я, честно говоря, просто побоялась его есть. Когда меня уводили из трапезной, сэр Дилан сказал:

— Я буду навещать вас ежедневно, миледи Сандра, и буду приносить еду лично.

Он никого впрямую не обвинил, но дал мне понять, что принесённую еду лучше не трогать. Скорее всего, у него просто не хватит сил отслеживать, не отравлена ли она. Похоже, он, как и я, не слишком доверял служителю церкви, так неожиданно объединившемуся с миледи Блаунт.

Мне оставалось только ждать…

Время тянулось чудовищно медленно, хотя общий срок моего заключения занял меньше восьми дней.

Сэр Дилан навещал меня один раз в сутки, вечером, принося с собой запас еды и кувшин с водой.

— Миледи, я пытался уговорить кардинала, чтоб вам позволили перейти в вашу комнату — или любую другую, где вы могли бы дожидаться суда в комфорте… К сожалению, милорд Уолтер неумолим. Он уверен в вашей виновности и опасается, что в замке у вас есть сообщники, которые помогут сбежать.

— Эндрю ещё не прибыл?

— Нет, миледи. Сразу, как только он вернётся, он навестит вас.

Поскольку и камеру мою охраняли не только бойцы замка, но и охранники церковников, да и сэра Дилана при визитах сопровождали бойцы кардинала, какие-то пространные беседы мы вести не могли: дверь в камеру оставалась открытой, и любое лишнее слово могло сработать против нас. И все же визиты Дилана были большим утешением и связью с внешним миром. Я даже могла немного облегчить себе душу жалобами:

— Этот идиот плеснул мне на платье маслом, когда принёс лампу, — кивнула на солдата кардинала, молча стоящего в проёме дверей. — Мне показалось, сэр Дилан, что он сделал это специально.

— Потерпите, миледи Сандра. Не стоит даже обращать внимания на такую мелочь. Увы, но это то, что мы не можем изменить.

Сенешаль внимательно осмотрел меня и только огорчённо вздохнул. После всего трёх ночёвок на соломенном тюфяке в этой сырости платье моё выглядело как жуткая тряпка: к общей измятости и затёртости туалета добавились два масляных пятна, расплывшихся по подолу юбки на уровне колен. Вроде бы и брызнул охранник всего парой капель, но эти капли мне нечем было зачистить, и они медленно и с удовольствием расплылись за день до огромных неряшливых ляпин.

У меня было достаточно времени, чтобы обдумать всё, что произошло, и обратить внимание на те детали, которые сами по себе говорили о многом. Допустим, кардинал искренне верил, что я отравительница. Допустим… Но зачем же ему пытаться не просто содержать меня до суда под охраной, а стараться предварительно унизить и сломать? Почему же он так сильно возражает против визита горничной с ведром горячей воды? Почему не позволяет мне получить собственную одежду, каждый раз тщательно проверяя, с чем именно спускается ко мне в подвал сэр Дилан? Что за мелочный интерес движет им? Зачем я нужна на суде ему грязной и лохматой?!