Онлайн книга «Добыча лорда Эндрю Грегори»
|
Не зря я наряжалась перед визитом к папскому нунцию. Усадив Эндрю в некоем подобии приёмной, отец Вольто первой провёл меня в комнату, предусмотрительно распахнув дверь. Не мужа, а именно меня провёл. Значит, точно дело в том самом суде. Чего они хотят-то ещё?! Получше разобраться или что-то другое?! * * * Высоченные стрельчатые окна, обрамлённые роскошными бархатными шторами. Ковры на полу, огромный мраморный камин, в котором просто полыхал огонь, позолоченная мебель: небольшие комоды на изогнутых ножках, легкомысленные креслица, как будто танцующие вокруг низенького стола с большой вазой на нём, обитые цветастым атласом. Всё вычурно и крикливо дорого. Тем больше к себе привлекало внимание чёрное пятно в центре этого кабинета. Папский нунций архиепископ Гелонский — сухощавый седой старик — был одет в чёрную сутану с тёмно-багровой окантовкой и таким же бордовым поясом. На голове — крошечная полукруглая шапочка, прикрывающая макушку и позволяющая седым волосам небрежно падать на плечи. Вытянутое, какое-то лошадиное лицо, белёсые брови и очень внимательный взгляд маленьких тёмно-карих глаз. Он протянул мне руку, на которой в лучах зимнего солнца блеснуло кольцо с огромным аметистом, я встала на колено и поцеловала перстень, как символ его власти. — Садись, дочь моя, разговор будет долгим, — его преосвященство кивком указал на кресло напротив, стоящее так, чтобы свет из окна падал мне на лицо. Такое начало мне сильно не понравилось, но… Я уселась, сложила руки с чётками на коленях и потупилась — как бы от смущения. Как я и опасалась, разговор начал виться вокруг той самой истории с отравлением. Святой отец вроде бы и не давил на меня, но был необычайно дотошен и даже въедлив. В какой-то момент прервав нашу беседу лёгким взмахом руки, он уточнил: — Дочь моя, не хочешь ли ты исповедаться? Признаться, на минуту я зависла, не понимая, с чего он сделал такое предложение. А потом сообразила: пресловутая тайна исповеди! Если я соглашусь на исповедь, предполагается, что всё сказанное здесь останется тайной между мной и священником. А ещё мне показалось, что старик пытается пробраться не только в мои мысли, но и в мою душу, так что я с благодарностью согласилась, но стала выбирать слова вдвое осторожнее. * * * Эндрю вошёл в кабинет папского нунция сразу после меня, а мне какой-то монашек, по просьбе отца Вольто, принёс бокал горячего грога. К удивлению, ждать пришлось совсем не так долго, как я опасалась. Не знаю, исповедовался ли Эндрю, но он вышел буквально минут через десять после того, как я допила грог, и мы были отпущены с миром. Мы оба молчали всю дорогу до тех пор, пока не попали в нашу комнату. Бетти я отправила на кухню с просьбой принести горячий взвар, а Линду — вслед за ней, чтобы не забыла захватить хлеба и мёда. — Что это было, Эндрю? Поездка от нас в столицу для исповеди?! Муж не слишком довольно ухмыльнулся и ответил: — Всего лишь показатель власти церкви не только над нашими душами, но и над нашим кошельком. — А кошелёк-то здесь причём? — я искренне удивилась. — Я так понял, что кардинал Уолтер, жалея о тех деньгах, которые пришлось вернуть, надоумил архиепископа Гелонского. — Они что, хотят забрать у нас эти деньги?! — я искренне возмутилась, так как все эти церковные заговоры и так обошлись нам в немалую сумму, начиная от прокорма самих кардиналов, их слуг и охраны, а также корма для коней, и заканчивая вот этой самой поездкой в столицу. |