Книга После развода. Ненужная истинная дракона, страница 114 – Анна Томченко

Герберт туго сглотнул так, что кадык дёрнулся вверх вниз.

— Анна, я прошу тебя…

Я шмыгнула носом.

Со второго этажа спустился Форест.

Я шагнула в тень лестницы, а Герберт, медленно развернувшись, холодно произнёс:

— Одно слово, Йен, одно всего лишь слово.

— Согласен. — Бросил форест и Герберт, взмахнув рукой, выкинул золотистую прядь, тонкую, как нитка. Она впилась сначала в шею Форесту. А потом и вовсе исчезла.

Йен глубоко вздохнул, хватаясь сведёнными от боли пальцами за перила, процедил:

— Господин Шейн… Вы всегда так, без подготовки и прелюдии?

— Ну, вы же не барышня, — холодно ответил Герберт и, вздохнув, произнёс: — У вас есть несколько лучин для того, чтобы собрать свои вещи? И чем быстрее вы это сделаете, тем проще вам будет, потому что тогда вы услышите все, что я рекомендую сделать вам в дальнейшем.

Я прижала к себе Адалинду, поняла, что не могу успокоиться.

Руперт тяжело вздохнул, приобнял меня за плечи.

— Мы справимся, мам. Мы справимся.

Но я просто не могла смириться с тем, что я должна расстаться со своими детьми и, что самое ужасное, не понимала насколько…

Анна.

Четыре кареты уехали в разные стороны. Одна отправилась в направлении центральной улицы города. Другая в пригород. Третья карета петляла между улочками старого города до тех пор, пока не приблизилась к северным воротам. Четвертая карета отправилась на запад.

Я рассматривала в заледеневшем окне оставшиеся следы от колёс и копыт лошадей.

— Что теперь будет?

В кабинете у Герберта вкусно пахло настоем трав, книжной пылью и горьким ландийским шоколадом.

— Мы будем собираться на приём, Анна. — Прозвучал глухо и сдержанно голос Герберта.

И всю ночь я не могла сомкнуть глаз. Тогда, выйдя из своей спальни, я короткими шажками приблизилась к одной из гостевых комнат, которую занял Герберт. Он не спал. Лежал на спине, глядя в потолок. Только, как кошачьи зрачки, мерцали в темноте его собственные.

— Если отец и мать прекрасно справятся с тем, чтобы забрать излишки сил, в дальнейшем, я надеюсь, прибудет Люсиль.

Я прошла к кровати и опустилась на край. Герберт подвинулся и откинул одеяло.

Я не должна была здесь находиться, не должна была даже притрагиваться к его постели. Но изменник и предатель — это единственное, что осталось реальным в моей жизни.

Я упала на край, прижала подушку, поджав колени к груди. Меня затрясло от рыданий.

— Если Люсиль прибудет вовремя, то тогда вопрос с даром Адалинды решится в кратчайшие сроки. Она сможет использовать один из своих любимых артефактов — поглотитель магии, для того, чтобы Адалинда не мучилась больше.

— А если все пойдёт не так? А если их найдут раньше, чем…

— Их не найдут. Ты же прекрасно это знаешь.

Я не знала. Мне просто было страшно.

Герберт лёг на бок и придвинулся ко мне. Горячее дыхание я ощущала на себе.

— Прости меня. — Дрогнул его голос.

Я, не выдержав, завыла.

— Прости меня, Анна. Прости, что обманом скрепил наш брак. Прости, что предал, не сумев совладать ни с чем. Прости за эти два года вдали, в глуши, без денег и без всего того, к чему ты привыкла. Прости за предательство и за брошенные от злости слова. Прости меня, душа моя.

Герберт много чего ещё говорил. И только пальцы сильнее сжимались на моём плече. А меня трясло от слез, от боли, от страха, от непонимания. Я не могла представить два года назад, что, уезжая из дома, окажусь здесь и сейчас.