Книга Сокровище богов, страница 138 – Филип К. Квантрелл

Белые плащи его солдат, смешавшихся с темнорожденными у городских ворот, ярко контрастировали с черными доспехами дикарей. Меркарис подумал, что, если ему повезет, на темнорожденных падет вся тяжесть потерь при вторжении, и тогда его собственные солдаты беспрепятственно войдут в город. Тогда-то он и сможет показать миру свою истинную силу – магию, которой обучился в Калибане и которую теперь желал использовать во имя Валаниса.

— Таллан! – позвала Самандриэль, подъехав ближе.

Меркарис, тронув поводья, последовал за ней. Темнорожденные и северяне расступались, пропуская их, и король подозревал, что Самандриэль они боятся куда больше, чем он. Одетые в черно-золотые доспехи, укутанные темными плащами с низко опущенными капюшонами, Самандриэль и Таллан казались ему воплощенной опасностью, щекотали ему нервы. И это чувство Меркарису даже нравилось…

Самандриэль спрыгнула с коня и присоединилась к Таллану, стоявшему посреди поля. Казалось, мечник пребывает в глубоком трансе. Меркарис, заметив, что встреча их обоих не очень-то обрадовала, вспомнил, как вели себя остальные члены Длани: любви друг к другу они не питали вовсе. Он передал поводья одному из рыцарей и встал рядом с эльфами, будто тоже командовал наравне с ними.

— Откуда взялся шторм? – спросил он, чувствуя магию в воздухе.

— Как всегда, внимателен, король Тион, – ответил Таллан.

— Ни один человеческий маг не смог бы такого сотворить, – заметила Самандриэль.

— Я пытаюсь его замедлить. Должно быть, это дело рук принцессы… – Таллан высунул язык, словно змея, пробующая воздух.

— Нет, брат. Это старейшина, с которым я столкнулась в Дарквелле. Эти чары смердят его магией!

— В городе эльфы? – задумчиво спросил Меркарис. Ему хотелось снова опробовать свою магию на эльфе. Убивать советника принцессы, Мьоригана Мьорго, оказалось так упоительно. Как можно отказаться от возможности вновь испытать это пьянящее чувство…

Таллан проигнорировал вопрос.

— Кто-то колдовал над воротами. Катапульты, кажется, о нем позаботились, но буря продолжает сгущаться.

— Может, ты убил принцессу, – зло ухмыльнулась Самандриэль.

— На этих стенах не только эльфийские маги. – Таллан обернулся к темнорожденному-альбиносу рядом. – Вождь Кетт, продолжайте обстреливать ворота.

Тот фыркнул, но приказ отдал. Меркарису этот дикарь казался абсолютным животным: его кожу покрывали толстые красные линии татуировок, голова была наполовину выбрита, с другой половины свисали длинные белые волосы. Огромный, покрытый запекшейся кровью тесак на спине темнорожденного намекал королю, что бой один на один с ним – самоубийство. Впрочем, не то чтобы Меркарису нужно было прибегать к подобному варварству. У него была волшебная палочка и умение ею пользоваться.

— Вели своим людям приготовить таран, – приказал Таллан Меркарису. – Этот щит долго не продержится.

Проглотив раздражение от того, что ему раздают приказы, Меркарис улыбнулся.

— Я и есть таран.

Адиландра взглянула на происходящее глазами Олли, и сердце ее упало: с прибытием новой армии силы Валаниса почти удвоились. Сперва она обрадовалась, увидев новых солдат, но ее радость тут же улетучилась, когда они объединились с темнорожденными, вместо того чтобы им противостоять. Похоже, темный эльф все же успел извратить души людей. Велия наполнилась дикарями и кровожадным зверьем, рвущимся пустить кровь…