Книга Сокровище богов, страница 143 – Филип К. Квантрелл

— Я Доран, сын Дорейна из клана Сталебрюхов! Вы еще пожалеете, что зенки свои на меня растопырили! – Он расхохотался в безумной радости и кинулся в башню. Сражался он не хуже эльфов, хоть и куда менее изящно.

Эшер и Фэйлен оставили гнома заниматься тем, что ему давалось лучше всего, и побежали дальше, но вскоре стена ритмично затряслась, зашаталась ближайшая осадная башня. Рейнджер склонил голову к плечу, прислушиваясь, но в тот же миг из-за стены раздался чудовищный рык. Окровавленная трехпалая рука ухватилась за верхушку башни, вторая, четырехпалая, – за край стены. Голова размером с Эшера высунулась из-за края зубчатой стены и окинула воинов жадным взглядом. Вонючее дыхание, вырывавшееся из пасти великана, могло бы осла свалить.

Гигант довольно ухмыльнулся и полез на стену, обещая Велии огромные разрушения.

— Осторожно! – закричали солдаты.

Эшер метнулся вперед не думая, чего с ним раньше не случалось. Взбежав по сваленным в беспорядке телам, он оттолкнулся от стены и прыгнул на голову гиганта, вонзив меч прямо в огромный глаз, в самый череп. Монстр взревел в агонии, но крик быстро оборвался – мертвый гигант полетел вниз… а с ним и Эшер.

— НЕТ! – воскликнула Фэйлен, но рейнджер едва ее расслышал за собственным криком.

Рейнджер присел на корточки, схватился за торчащий из великанской глазницы меч так крепко, как только мог. Падение было коротким. Туша гиганта так грохнула о землю, что Эшера сбросило с его лица на увешанную щитами грудь. Царапина на лбу снова закровоточила, правое колено запульсировало от боли, но времени оценивать свои раны не было.

Он оказался по другую сторону стены…

О лестницах, веревках и осадных башнях не могло быть речи: убьют сразу. Перед ним расстилалось бушующее море дикарей и белых плащей с севера. Тролли все шли вперед, а вот другие гиганты, заметив павшего товарища, не спешили забираться на стены.

Опаснее всего были дикари: те, кого не раздавил гигант, принялись карабкаться на труп, пытаясь достать рейнджера. Вытащить двуручник, чтобы отбить первую атаку, он не успевал, зато короткий меч всегда был под рукой. Свободной рукой Эшер перехватил запястье темнорожденного, удерживая его клинок, и вонзил острие прямо ему под челюсть. Двое других тут же пали под быстрыми ударами меча. С тремя следующими пришлось повозиться: они атаковали с разных сторон. Но они взобрались на гиганта, а значит, их ждала смерть. Рейнджер снял со спины меч Алидира и встретил удар следующего врага сильвировым клинком, а коротким мечом рассек дикаря чуть ли не пополам.

Взглянув на два коротких меча в руках, он понял, что надо делать, чтобы прожить дольше пяти минут. Пока новые темнорожденные карабкались по трупу, он вонзил мечи в щели между щитами, освобождая руки. Красная повязка промокла от крови, но выбора не было. За мгновение до того, как сверху обрушился удар топора или меча, ткань легла на глаза, отрезав рейнджера от солнечного света, оживив совсем иной мир.

Учителя в Полночи не советовали использовать эликсир против толпы: звуки, запахи, вкусы, даже давление воздуха на кожу – все грозило чувствам перегрузкой. Особый звук, с которым зазубренный клинок рассек воздух в дюймах от лица, он, впрочем, заметил: перекатился и встал уже с двумя короткими мечами в руках.