Книга Империя праха, страница 155 – Филип К. Квантрелл

— Ты к нему привыкнешь, – ответила Рейна, но ее улыбка говорила о настоящих чувствах к рыцарю.

— Мои совы хорошие бойцы. Они не аракеши, но могут потягаться с любым каратским солдатом, – сказал Тарен, обращаясь к Натаниэлю, но тот убежденным не выглядел.

— Тогда давай надеяться, что Алидир оставит свое самое сильное оружие в городе. – Натаниэль отвернулся от Карата и почему-то взглянул на Фэйлен. Тарен не понял, о чем был их молчаливый диалог.

— Аракеши не привыкли сражаться на открытой местности, – заметила Рейна. – Мы это уже проходили в Западном Феллионе. Они и друг другу мешают, а уж с каратскими солдатами точно не смогут действовать слаженно.

— И где теперь Западный Феллион? – спросил в ответ Натаниэль.

На это принцессе нечего было сказать.

Тарен и раньше слыхал о Западном Феллионе: ребенком как-то едва сбежал от их патрулей, рыскавших по городу в поисках новых рекрутов. Ему трудно было представить битву Серых плащей за свою цитадель, но что-то ему подсказывало, что битва за Врата Сайлы легко ее уделает.

Он повернулся к югу, вновь взвешивая все, что происходило вокруг. Раньше он даже подумать не мог, что окажется в эпицентре событий, в которых вся Верда будет поставлена на карту. Белый филин был молод, но ясно понимал, что это лишь битва – война разразится на севере, куда воля Валаниса погонит темнорожденных, а не на востоке, куда он собирается заманить эльфов. Именно он главный враг.

— Если ваше дело и впрямь такое важное, значит, вам надо уходить. – Тарен прекрасно понимал, что предлагает уйти лучшим бойцам, вот только он хотел выиграть битву, а они пытались выиграть войну. – Идите в Полночь, пока не пришли каратцы. Эшер сказал, что это на северо-востоке, – значит, держитесь Бессмертных гор, пока не почуете запах моря, а потом сворачивайте на север, чтобы избежать патрулей.

Принцесса Рейна отошла от перил, держа в руке свой могучий лук.

— Твоих сов слишком мало, Тарен. В этой битве каждый клинок будет на счету.

Не успел Тарен ответить, как часовые на воротах, смотрящие на север, затрубили в рога по обе стороны ворот. Все бросились к перилам, вглядываясь вдаль, где уже виднелась темная шеренга всадников в доспехах. Они выехали из южных ворот Карата и скакали по трое, их длинные черные плащи струились по лошадиным бокам.

— Нам пора! – Тарен побежал направо, веля совам спустить их на подъемнике.

По пути вниз они сгрудились в молчании, только рычаги скрипели под руками сов. Можно было воспользоваться лестницей, но бежать с такой головокружительной высоты значило тратить силы перед надвигающейся битвой. Поэтому они могли только смотреть, как солдаты подъезжают все ближе, держа наизготовку копья и щиты с изображением конской головы.

— Эшер… – прошептала Рейна.

Он все еще был где-то в пустыне между Вратами и Каратом. Тарен прищурился, пытаясь разглядеть фигуру человека, внезапно вставшего и выдернувшего из песка меч. Зрелище было невиданное: он стоял один, в развевающемся зеленом плаще, с сияющим на солнце мечом, а на него надвигалась каратская конница.

— Дурак! Почему он не бежит? – спросила Фэйлен.

— Не думаю, что он вообще умеет сбегать из боя, – заметил Натаниэль.

— В нем много ярости, – заметил Тарен, привлекая всеобщее внимание. – Я знаю его всего несколько часов, но даже я заметил живущий в нем гнев.