Книга Империя праха, страница 36 – Филип К. Квантрелл

— Еще не скоро он забудет годы заточения у человеческих магов. – Адриэль подошел к выбравшемуся на берег Галанору. Все, что они могли, – наблюдать за попытками драконов удержать гигантского собрата.

— Он зол… – заметил Галанор.

— И все же мы не можем винить людей, – продолжил Адриэль. – Они поступали согласно своей природе.

— Драконы живут так же долго, как эльфы, – начал Галанор, забрасывая наживку.

— И даже дольше.

— Маги держали его в плену почти тысячу лет, и теперь он сломлен, от былого Маллиата осталась лишь тень. – Галанор повернулся к Адриэлю. – Адиландра тоже способна продержаться тысячу лет. Вот только вместо равнодушия человеческих магов она столкнется с пытками темнорожденных. Неужели, глядя на Маллиата, ты не жалеешь о том, что ничего не сделал за все эти годы?

Адриэль не ответил, лишь крепко стиснул зубы, но Галанор и не ожидал, что он тут же с ним согласится. Галанор отвернулся и ушел, оставив древнего эльфа раздумывать над его словами.

Утирая с лица холодные капли, он брел между деревьями… как вдруг в голове зародилась идея. Возможно, все-таки есть способ спасти Адиландру…

Но мысли его упорно возвращались к Иллиану. Он ощупал ремень в поисках прорицателя… и с ужасом понял, что его нет. Остался в пещере! Или утонул в пруду!

— Галанор… – выдохнул он. – Какой же ты идиот!

Звездный океан раскинулся над Каратом, полная луна осветила плоские крыши столицы. Дневной жар Иссушенных земель сменился ночным холодом. Словно хищная птица, Тарен-сирота присел на крыше склада, расположенного на окраине. К этому часу район обычно замирал: жители либо спали, либо отправлялись развлекаться в центр города.

По крайней мере, так было раньше.

Теперь жажда кровавой мести не давала Карату уснуть. Тарен видел на горизонте дым, застилающий звезды, и всполохи пламени, пожирающие храмы и богатые дома. Столица Иссушенных земель начала катиться в пропасть семь лет назад, когда рабов в ней стало больше, чем свободных людей. Один толчок – и все погрузилось в хаос. И теперь рабы огнем и мечом отбирают годы, потерянные в неволе.

Конечно, императорские войска ответили, и ответ вышел жестким. Публичные казни, порка – они наглядно показали, что будет с бунтовщиками, но этим лишь разожгли гнев Тарена. Ему недавно исполнилось двадцать четыре, и всю свою взрослую жизнь он сражался за свободу, которая и не снилась его родителям. У них, как и у всех взрослых, которые окружали его в детстве, было лишь два варианта: отдать ребенка своим хозяевам, которые могли делать с ним что захотят, или тайно сбежать с младенцем, рискуя жизнью.

Но это было до того, как появилась Мать Мадаки.

Эта пожилая женщина, бывшая жрица Фимира, бога мудрости, принимала под свое крыло всех сирот и детей рабов. В ее тайном приюте Тарен получил образование и возможности, какие рабу были недоступны. Звался приют Матери Мадаки просто домом, пока Тарен не придумал ему новое имя. Имя, что будет вселять страх в сердца правящих семей.

Он отвернулся от пожаров войны, которую сам же начал, и сосредоточился на соседнем складе, считая охранников. Когда-то работорговцы южных земель любили хвастаться своей властью перед дружками и торговали людьми в открытую, словно безделушками, наживаясь на чужом горе.