Книга Восхождение рейнджера, страница 185 – Филип К. Квантрелл

— Но все равно нужно, – быстро ответил Гидеон. Подумать только, еще недавно он бы с радостью посмотрел, как эльф умирает от жажды, а теперь старается, чтобы он выжил.

— Надо отдохнуть. Когда солнце встанет, пойдем дальше. У тебя есть чем развести костер? – Галанор сел на землю, скрестив ноги, и привычным движением поправил скимитары.

— Огонь? Мне даже думать о нем жарко. – Гидеон сел напротив.

— Скоро похолодает. Я и сам могу развести костер, но нужно топливо, чтобы он горел, пока мы спим. – Никаких чувств, лишь сухие факты. Мысль о том, что он бросил Адиландру, похоже, сильно на него давила.

— Посмотрю в сумке…

* * *

Когда солнце оокнчательно скрылось за горизонтом, и на небо высыпали звезды, Гидеон не только снова надел куртку, но и завернулся в два одеяла, украденных на малайсайском рынке, – насколько жаркими были в пустыне дни, настолько холодными оказались ночи. Поужинав, они с Галанором заново поделили провизию: их осталось двое, а значит, теперь на одного приходилось больше еды и воды. Открытие печальное и одновременно радостное.

Галанор сидел напротив, подтянув колени к груди и надвинув пониже капюшон на голову.

— Расскажи мне о ней, – попросил вдруг он, глядя в костер. – Об Эбигейл Роуз.

Гидеон почувствовал, как все внутри запротестовало при звуках ее имени, особенно из уст эльфа. Он понимал, что не Галанор ее убил, но ведь он был замешан. Это все усложняло.

— Она была… – Гидеон помедлил.

Как описать человека, который тебе очень дорог? Он всегда принимал Эбигейл как должное, так привык к ней, что понял, как много она для него значит, лишь когда ее не стало.

— Она была доброй и сильной. – Он почувствовал, как слезы обжигают глаза. – Мы подружились еще в детстве, нам было лет по одиннадцать. Всегда соревновались, но всегда поддерживали друг друга. Я постоянно бредил приключениями, странствиями, что и не замечал прямо перед собой… А сейчас больше всего на свете хочу… – Слезы потекли по его щекам, и он порадовался, что ночные тени скрывают лицо. – Я просто снова хочу увидеть ее, поговорить с ней. Она всегда находила правильные слова, возвращала меня с небес на землю. Если б не Эбигейл, меня уже давно выкинули бы из Корканата. – Ужасная мысль прокралась вдруг в его сознание: – Это из-за меня она умерла. Я не напортачил с ловушками, просто хотел настоящее испытание, настоящие сложности. Но оказался слишком самодовольным, а гидра – слишком сильной. Нам пришлось бежать от нее в вашу сторону… и это все решило.

— Ее убила Лайра Валаркин, – сказал Галанор. – Не вини себя. Лайра уже была умелым воином, когда у ваших дедов еще молоко на губах не обсохло. Вы ничего не смогли бы сделать.

— Тогда кого еще мне винить? – Гидеон встретился с ним взглядом поверх пламени. – Может, тебя?

— Может, – ответил эльф, не отводя глаз.

— А ты чувствуешь себя виноватым?

— На моей совести смерть не только Эбигейл Роуз. Молись, чтобы тебе никогда не довелось узнать цену настоящей верности. Во имя друг друга, во имя королей и богов мы способны творить ужасные вещи. Чувство долга может придать храбрости и гордости, но оно же побуждает к бездумным поступкам. – Галанор задумчиво уставился в огонь. – Я был моложе тебя, но будущее мое оказалось предопределено: отец увидел, как я обращаюсь с клинками… Сперва я убивал ради него. Потом – ради повелителя.