Книга Наследники Триглава, страница 17 – Игорь В. Свинин

Расправившись с едой, все по очереди напились воды из кувшина и уселись в кружок.

— Смотри, как я могу, – обратился младший мальчик к Ланеку.

Он сложил руки перед лицом лодочкой, дунул в них и вдруг поднялся над лежанкой и перекувырнулся в воздухе. Потом раскинул руки, растянул рот в щербатой улыбке и рухнул назад на лежанку. Все подпрыгнули и раскатились в стороны с хохотом. Наверху зазвенели, вторя им, блестящие стекляшки. Вик выбрался из складок пыльного полога, сел, глядя на Ланека.

— Твой черёд. Показывай, что умеешь.

Теперь все трое выжидательно смотрели на новичка.

«Что я умею? Чинить разное? Не пойдёт. Они ведь думают, будто я тоже местный, а здесь в почёте колдуны. Узнают, что я заозёрский, могут и прогнать. И про оберег говорить нельзя…»

— Да я просто на конюшне работал… – пробормотал он. Но, увидев разочарование в глазах новых знакомых, не выдержал: – Хочу механиком стать…

И замер, испугавшись, что выдал свою тайну. Но Пузырь неожиданно расплылся в улыбке:

— О, здорово! А можешь одну штуку починить? Мелкий, тащи ящик.

Воробей вскочил, порылся среди хлама и приволок старую сломанную шарманку.

— Погляжу. – Ланек повертел ящик в руках. – Нужно открыть. Вик, дай какую-нибудь железку.

Ему протянули сразу шило, гвоздь и кривой ржавый штырь. Стоило немного поковыряться в защёлке, и крышка подалась. Поломка оказалась несложной: валу не давал вращаться согнутый рычаг молоточка. Ланек разогнул его, поставил на место пружинку, крутанул ручку – и из коробки полилась красивая печальная мелодия.

— Ух ты! – подпрыгнул на кровати Воробей.

Вдруг край покрывала зашевелился. Из-под него показалась меховая рожица с кулак величиной, с круглым чёрным носом и большими кошачьими глазами.

Ланек уставился на уродца и перестал играть.

— Красиво, – проскрипел карлик. – Ещё дай!

— Он музыки просит! – догадался Пузырь.

Под нежный перезвон шарманки мохнатый выбрался наверх и улёгся, сложив ручки с острыми когтями под голову и прикрыв жёлтые глаза с вертикальным зрачком. Он весь был покрыт шерстью и напоминал большого кота, но с круглым, как репа, тельцем в бурой жилетке и без хвоста.

— Красиво, – снова промяукал он, тронув пальцами колено гостя. – Друг.

— Кто это? – прошептал Ланек.

— Мохмик, наш чердачник. Не бойся, он добрый. Я думал, он теперь долго не покажется, не любит чужих. Но ты ему приглянулся, похоже… из-за шарманки. Он и до нас тут жил – прятался, когда домовиков стали отлавливать. Почти всех вывели.

— Зачем?

— Кто это Равновесие поймёт!

Шарманку слушали дотемна. От зеленоватых камней входной завесы шло мягкое сияние. Стеклянные кристаллы дробили его на сотни зайчиков, и потолок становился похожим на звёздное ночное небо.

Ланек лежал в гамаке, чуть покачиваясь, пока глаза не закрылись сами. На этот раз ему снились звёзды, небо и ветер, и среди них не было ни белой маски, ни змеиных глаз.

Солнце щекотало глаза сквозь сомкнутые ресницы.

Ланек поморщился и закрылся ладонью. В спину неожиданно ударило что-то мягкое.

— Эй, вы чего! – Он свесился с гамака вниз.

Там хохочущий Вик, с мешком, набитым тряпками, уже было замахнулся, чтобы повторить шутку.

— Пакля, хватит дрыхнуть, слезай.

Утренние лучи, отражаясь в висячих зеркальцах и стекляшках, пронзали пыльный воздух. Хозяева чердака уже проснулись и сидели внизу у ящика-стола. Младшие что-то жевали, и в животе у Ланека настойчиво заурчало. Спать сразу расхотелось – он скатился по верёвке вниз. Вик протянул кусок сухаря: