Книга Жертва Весны, страница 21 – Надя Хедвиг

Ощущение было такое, будто на меня готовится рухнуть потолок. Слабо верилось, что сегодня утром я преспокойно пила кофе рядом с Аскольдом и обсуждала его интервью очередному интернет-изданию. Хотя обычно катастрофы так и случаются: неожиданно, на пустом месте.

Когда я обернулась, в комнате стоял Лестер. Танюши у него в руках не было, зато была чашка с подозрительно пахнущим отваром. Вряд ли это чай.

— Ну вы и наворотили, воробушки, – недовольно забормотал Лестер. – Как мне работать, если вы все время мешаете?

Фрося выкинула очередную сигарету в окно.

— Это кто? – спросила она.

Лестер манерно перекинул волосы за спину и прошел к кровати, шаркая странными вытянутыми тапочками с загнутыми вверх мысами.

— Ваш новый менеджер, – тоном «как можно такое не знать?» ответил он и осторожно примостился на краешке матраса. Чашку с отваром поставил рядом на тумбочку. – Здравствуй, моя куколка, – заворковал он. – Моя бедная девочка. Никто с тобой не считается, да? Как я тебя понимаю… Еще и Саша этот. Уйди с глаз, – он изящно дернул рукой в сторону, словно отгонял назойливую муху. – Уйди, говорят тебе! Иначе не будет у тебя ни Девы, ни ребенка.

Смотрящий, помедлив, встал рядом с Фросей.

— Совсем уйди, – потребовал Лестер. – Все самое страшное, что могло случиться, случилось. Ты уже ни на что не повлияешь. Разве что твой хозяин… Но мы же не хотим его лишний раз беспокоить?

Смотрящий открыл рот, чтобы что-то ответить, но ничего не сказал. Они с Лестером посмотрели друг другу в глаза долгим и пристальным взглядом, и Смотрящий вдруг… растаял в воздухе. Если бы я была способна еще хотя бы удивиться, обязательно бы удивилась. Но я просто зафиксировала в голове: «Он может исчезнуть».

— Послушай, деточка, – запричитал Лестер. – Не стоит оно того. А с кем Танюша останется? Танюша будет плакать, мамку звать. А из меня какая мамка?.. Я вон Веру так вырастил, что она дважды чуть не померла.

Ну спасибо.

Альбина не реагировала.

— Аля, ты меня слышишь? – позвала я.

Она не открыла глаз.

— Мы найдем способ прекратить это. Все это, вообще все с Девами. – Лестер с притворным возмущением вскинул брови, но я продолжала: – Тебе не нужно для этого умирать. Я обещаю, Александр больше не подойдет к тебе. Мы найдем способ…

— Ай! – хмыкнула Фрося позади меня. Приблизилась к кровати и встряхнула неподвижную Альбину за плечи. – А ну смотри на меня! – жестко велела она. – Что ты за Весна такая, если не можешь ребенка родить? Это ты решаешь, кому жить и когда. Запомни: Вера может забрать жизнь, но только ты – даешь. Ты и есть Мать-природа. Поняла? Ты поняла меня, Альбина?

Тело Альбины безвольно повисло в ее руках. Голова откинулась назад, обнажив невозможно длинную шею с ниточками голубых вен.

Но Фрося не сдавалась.

— И что дальше? Думаешь, откажешься сейчас, и все прекратится? – Она оглядела комнату и, убедившись, что Смотрящего нет, тихо добавила: – А каково твоему ребенку, ты подумала?

Веки Альбины дрогнули.

— Твой ребенок страдает, – добавила Фрося, и сочувствия в ее голосе было столько же, сколько в голосе Лестера, когда он рассказывал мне в детстве об оторванных конечностях. – Ему больно.

Через пятнадцать минут на свет появился крошечный посиневший мальчик. Пару мгновений он не дышал и не двигался. Потом слабая рука матери коснулась пальчиков со сморщенными подушечками, и мальчик захныкал. Вымазанное в крови тельце охватило золотое свечение, и я почувствовала, как встрепенулся мир. В воздухе заструилась прохладная энергия, далекий ветер принес запах свежескошенной травы.