Книга Паладин развивает территорию. Том VII, страница 190 – Greever

Даргат вновь покачал головой, а затем осмотрел оставшихся рыцарей и тяжело выдохнул.

— Мы будем ждать… — Едва слышно произнёс он, но слова разлетелись с такой силой, что их можно было услышать за десятки световых лет.

Глаза рыцарей потускнели, и они, склонив голову, опустились на правое колено. В этот момент эти грозные воины стали похожи на неподвижные статуи, готовые в любой момент очнуться от векового сна и вступить в бой.

В это же время, в голубом небе над Лимеей появилась трещина, за которой виднелись бесчисленные звёзды, а в центре этого разлома находился юноша в золотых доспехах.

Голубоглазый молодой человек с русыми волосами оглядел планету, и когда его взгляд за что-то зацепился, он тут же растворился в воздухе и исчез, а следом трещина в небе затянулась, вновь демонстрируя лишь ясное голубое небо.

* * *

В Империи Тиллисат, в главной церкви бога Кироса, в самых глубинах этого места, где находилась святая святых, преклонив колени и молясь всем сердцем, стоял Папа.

В тот момент, когда Грандин появился на планете, он открыл глаза и увидел перед собой облачко размером с баскетбольный мяч, которое трансформировалось в нечто плоское, демонстрируя изображение рыцаря в золотых доспехах.

В голове Папы, Авдия Лакурия, раздался тяжёлый сонный голос, от которого содрогалась душа.

— Еретики начали действовать… — произнёс голос.

Авдий, дрожа всем телом, сжал руки на груди.

— Ч-что прикажет мой господь? — спросил он.

Голос долгое время молчал, но, судя по тому, что облачко не рассеивалось, связь оставалась стабильной.

Спустя несколько минут, в голове Папы стали появляться разные изображения, от которых его глаза округлились, а вскоре у него из ушей, рта, глаз и носа полилась кровь.

Лакурий с ужасом смотрел на изображения, в то время как его сердце готово было разорваться от страха.

Спустя минут всё это прекратилось, и голос вновь заговорил.

— Мы не можем позволить им вернуться. Наши войска начнут вторжение, чтобы отвлечь их и заставить вернуться к границе. Я не приказываю тебе убить явившегося паладина… это не в твоих силах. — Слушая голос, Папа то радовался, то напрягался, но последние слова действительно сделали его счастливым, так как он и сам это понимал, однако долго радоваться ему не пришлось, потому что голос добавил: — Не подведи меня!

Казалось сама душа Авдия съёжилась от страха после этих слов, и, наблюдая за тем, как облачко рассеивается, он стоял неподвижно, обливаясь потом.

Лишь когда в светлом помещении никого не осталось, Папа опомнился и опустился до самого пола.

— Я вас не подведу, господь мой!

В лавке портного, в центре комнаты стоял полковник Мелитон Кантария, одетый в чёрный смокинг с бабочкой. Вокруг него кружили две швеи и старый опытный мастер, наносивший последние штрихи.

Пока полковник разглядывал своё отражение в зеркале, позади раздался звон дверного колокольчика, и в помещение вошла зверодевушка из кошачьей расы.

Жгучая брюнетка с чёрными ушками на макушке и пушистым хвостом, выглядывающим за спиной, одетая в белое приталенное короткое платье, в свете лучей заходящего солнца, пробивавшихся через панорамные окна, она взглянула на полковника и озорно улыбнувшись, оголяя клыки, метнулась к нему.