Книга Паладин развивает территорию. Том VI, страница 10 – Greever

— Мы, как администрация города, не можем пройти мимо такого вопиющего нарушения свободы наших граждан и их права на жизнь! — Начал лить воду мэр. — Спасибо вам, уважаемая Мисс Эклер, что задаёте такие провокационные вопросы, мы все любим и ценим «вашу работу». — Он сделал особое ударение на эти два слова. — Чтобы увеличить безопасность нашего прекрасного города, а также его жителей. Я принял решение о приобретении этих чудесных транспортных средств для патрулирования нашего с вами любимого города, надеюсь, что отделение Шерифа не откажет в просьбе вашего скромного слуги, то есть меня, и примет сей широкий жест, дабы уважить моё стремление к безопасности!

После этих слов выглядевшая, как заточённый клинок Шериф, одетая в парадный мундир и высокие чёрные сапоги, поднялась на постамент перед зданием мэрии, где обычно и происходили подобные встречи, чтобы пожать руку градоначальнику.

Пускай она и знала о связях мэра с преступным миром города, но по действующему законодательству не могла ничего сделать, ведь он сам лично не участвовал в каких-либо преступлениях. И потому ей не оставалось ничего, кроме как улыбаться и жать руку этому худощавому дворянину в дикой смеси традиционных дворянских одежд и новомодной одежды.

— Посмотрите на «Память»! — Прокричал Калеб, стоявший в журналистском пуле, и все присутствующие повернули голову в сторону художников из разных изданий, что как умалишенные двигали своими карандашами, кистями и перьями, лишь бы успеть зарисовать момент встречи, находившихся на правом краю постамента трибуны.

Калеб же взяв чёрную коробчку с шеи нажал на рычажок в левой стороне коробочки и, резко передвинув его вниз, взял в руки другую коробочку и сделал подобные движения еще четыре раза, поймав в маленькое окошко «памяти» не только мэра города, его свиту и чиновников, но и толпу зевак, что собралась на площади перед мэрией, дабы увидеть происходящее событие своими глазами.

— Спасибо! — Крикнул он в ответ и, спустившись с трибуны, отошел подальше от толпы людей, чтобы не мешаться и по причине многочисленных карманников, любивших подобные мероприятия.

Он порыскал по карманам своего потёртого коричневого жилета и нащупал в них всё, что находилось в них ранее.

— Здравствуйте, дядя Калеб! Не знала, что вы тоже сюда придёте. — Озорная девочка с задорными косичками подбежала к мужчине и обняла его что есть сил.

— Привет, солнышко, как поживаешь? — Отозвался худощавый карикатурист и достал из верхнего кармана жилета конфету, что всегда носил на случай внезапных встреч с племяшкой.

— Спасибо! — Тут же развернув фантик и закинув конфету в рот, девочка с каштановыми волосами устремила свой взор на несколько коробочек с рычажками, что так непонятно болтались на шее мужчины. — А что это?

— Ха-ха! Интересно? — Девочка кивнула. — Хорошо, я тебе расскажу, только это секрет!

— Хорошо! — Она протянула мизинец своему дяде, и тот пожал его в ответ, ведь так учили детей в школе заключать «контракт».

— Эта вещь называется «память». Я сам сделал ее, когда устал рисовать всё от руки. Ты же видела мои картины в газете? — Племяшка кивнула с горящими глазами. — Ну вот. Я раньше рисовал их сам, а теперь это делает «память».

— А как она работает, дядя? — уже заинтригованно спросила она.