Книга Паладин развивает территорию. Том VI, страница 178 – Greever

Именно это и происходило с ним, когда Виктор пытался укрепить своё тело, пока два мага, впитывая из окружающей среды ману, очищали её в собственных телах, словно фильтры, и равномерно подавали ему.

Прямо сейчас Свейн и Лами не просто устали, у них было отравление маной, процесс, при котором мана из окружающей среды прошла через жилы и кристалл, а после начала проникать в тело.

В обычное время такое происходило редко, потому что для этого маг должен очень продолжительное время впитывать ману в себя, чего ни один человек делать не станет. Но в случае с Виктором у них просто не осталось выбора, так как любое колебание в передаче маны или остановка могли вызвать у герцога необратимые процессы, в результате чего он бы просто взорвался.

Лами хоть и подал в виде шутки обвинения в сторону товарища, но на самом деле это была не совсем шутка. В какой-то момент заклинатель ощутил, как Свейн нарочно замедляет поток маны, и его друг даже понимал, почему тот так поступает.

Все заклинатели эгоисты, которые думают только о себе. Жертвовать собой они никогда не умели и делали это крайне редко.

Ротмайер был таким же, как и все. Когда у него началось отравление маной, он стал снижать количество передаваемой энергии, но в результате изменил своё решение и продолжил, тем самым закончив весь процесс как полагается.

Белл точно знал, почему его друг не бросил герцога, и всё дело было именно в самом Лами.

Когда Свейн снизил подачу маны, второй заклинатель компенсировал это за свой счёт, что не осталось незамеченным со стороны Ротмайера, который, понимая, что может потерять друга, рискнул и продолжил делать то, что делал, в конце концов спасся как Виктора, так и Лами.

— Спасибо тебе… — едва слышно произнёс Белл.

— Иди к дьяволу! — ответил Свейн, который чуть не погиб из-за невесть откуда взявшейся преданности товарища к аристократу. — Мы из-за тебя получили отравление, и теперь даже если поправимся, неизвестно, насколько это повредило нашему дальнейшему развитию! Драконьи жилы, скорее всего, уже и вовсе не восстановятся!

Если бы они позволили Виктору умереть, то ничего бы не потеряли. Никто не смог бы доказать, что двое заклинателей хоть в чём-то виноваты, а сами остались одними из сильнейших существ континента, во всяком случае пока.

Однако вместо этого не только спасли несносного дворянина, но теперь и в силе ему уступают.

Пока двое препирались, в двух шагах дальше по коридору из-под пола выехала круглая лифтовая платформа, на которой стояла Клиосса, одетая в чёрный брючный костюм и в туфлях на высоких каблуках, а рядом с ней стоял Тор, одетый в миниатюрный мундир.

Женщина уверенно пошла вперёд мимо усталых заклинателей и, не обращая внимания, направилась в конец короткого коридора, где находились единственные двери на этаже.

Мальчик, бежавший следом, на мгновение остановился перед двумя мужчинами и, поклонившись, побежал дальше, желая нагнать мать.

Клиосса тем временем, распахнув двери, вошла в полусферическое белое помещение, в центре которого на полу сидел Виктор.

С оголённым торсом он, казалось, медитирует в позе лотоса, как монах Шаолиня, однако присмотревшись получше, можно было понять, что паладин не медитирует, а скорее напряжённо пытается залечить разрывы на груди, из которых до сих пор наружу пробивалась чистая голубая энергия.