Онлайн книга «Пантеон оборотней»
|
На всякий случай подозреваемого тоже перевели в одиночку, где через сутки нашли едва живым с разбитой головой. По всему выходило, что имел место несчастный случай: анархист упал и ударился об угол стола, но слух пополз, что анархиста избили надсмотрщики. Каким-то образом история просочилась сквозь тюремные стены и всколыхнула недовольство среди демократически настроенных личностей, а в нескольких левых изданиях появились призывы ответить кровью за кровь. Опасное брожение вроде как удалось быстро нейтрализовать, но тут один из надзирателей подал рапорт, в котором признавался в избиении анархиста, а после заявил, что в порыве раскаяния написал открытое письмо в газету, где обличал жестокость и мздоимство тюремной администрации. Охранка кинулась в названную редакцию, но там ни о каком письме ничего не слышали. Проверка других газет дала тот же результат. Возникло подозрение, что надзиратель возвёл на себя напраслину. Его отправили на медицинскую экспертизу, и психиатр диагностировал у того истерическое расстройство. Казалось бы, история на том и закончилась, но тут бывшие сокамерники пострадавшего анархиста внезапно сдали его тайник, в котором обнаружилось с десяток газет со злосчастными статьями. Тайник этот оказался в матрасе, который до того тщательно проверяли, но заключённые в камере клялись, что до заначки дела не имели. Так и осталось невыясненным, подложили газеты или проворонили при первом обыске. Тем временем самих заговорщиков подвергали бесконечным допросам. Протоколы было поручено вести штатному тюремному письмоводителю, служившему уже не первый год и отличавшемуся особой благонадежностью. В один из дней писарь на службу не явился, сказавшись больным, и пропадал на несколько дней, не давая о себе знать. Его кинулись разыскивать, но не нашли, зато на квартире у него обнаружился подробный план Бутырского замка с караульной схемой. Письмоводитель объявился через неделю в Нижнем Новгороде в доме сестры. Свой внезапный отъезд он объяснил семейными обстоятельствами, а про бумаги никаких пояснений дать не смог, божась, что слыхом про них не слыхивал, и службу свою всю жизнь вёл честно. Его возвернули в Москву и до конца разбирательства посадили под замок, но никаких доказательств его вины обнаружить не удалось. Однако от тюремного осведомителя была получена информация, что группа лихих заключенных готовит побег и что их вожак располагает подробной схемой тюрьмы. От греха подальше, готовящихся бежать уголовников развели по другим учреждениям, но допрашивать не стали, побоявшись выдать осведомителя. Последняя история в коллекции Фролова касалась самого начальника тюрьмы и объясняла его отпуск. У начальника была дочь. Этакая прогрессивная безбашенная девица, создающая кучу проблем своего облечённому нешуточной властью папаше. Её имя несколько раз мелькало в жандармских сводках в контексте революционных молодёжных движений, но, слава богу, ни в чём серьёзном избалованная девчонка замечена не была, вплоть до того дня, когда выстрелила в собственного родителя. Барышня, к счастью, промахнулась, и единственной жертвой её демарша стала разлетевшаяся на куски китайская ваза. Начальник тюрьмы самолично скрутил верещащую и бьющуюся в истерике дочурку, отобрал у неё пистолет и потребовал объяснений. Юная революционерка заявила, что стыдится родителя-сатрапа и доведёт своё дело до конца во имя светлого будущего. Отец без церемоний запер бунтарку в чулан, и спустя несколько часов та наконец изложила суть своей претензии. Оказалось, что члены тайной организации «Крылатые демоны свободы», в которую помимо буйной барышни входило ещё пятеро таких же молодых идиотов из вполне себе достойных семей, решили освободить из Бутырки членов Капитула, которые, по их мнению, являются представителями дружественной им революционной ячейки, и которых Российское правительство оболгало, пустив по газетам утку о тайном заговоре. Поняв, что дело швах, папаша срочно взял отпуск и отбыл со смутьянкой к родственникам в Томск, где намеревался оставить барышню под присмотром тёток – четырёх строгих старых дев. |