Книга Хорошо забытое старое, страница 32 – Евгения Черепанова

— Корни подкрасить, – ответила я, разглядывая прейскурант и удивляясь вполне демократичным ценам. Менять мастера вот так, наобум, конечно, опасно, но с другой стороны, я вовсе не собиралась кардинально переделывать прическу. – Или у вас запись?

— Записи нет! – радостно сдала себя девушка, вероятнее всего, сидевшая на проценте, и тут же поправилась, – то есть на ночь нет, а днём у нас тут… не протолкнуться. – А вы цвет не хотели бы изменить? – переменила она тему, видя, что в кресло я сесть не решаюсь. Вопрос на некоторое время сбил меня с толку и она мягко, но настойчиво устроила меня перед зеркалом.

— Цвет? – эхом отозвалась я, и парикмахерша радостно закивала:

— Ну да, совсем немного, всего на тон кончики осветлим, а знаете как живенько получиться!

Я посмотрела на девушку, чьи волосы были в идеальном порядке, но «живенько» не выглядели, скорее, наоборот «мертвенько», она заулыбалась, перехватив мой взгляд:

— Да вы на меня внимания не обращайте – у меня волосы наращенные, искусственные и слишком белые – вам такие не пойдут. Да они и мне не идут, если честно, – неожиданно разоткровенничалась «Барби» и я сообразила, что попала в кресло к вчерашней ученице. – Я тут как кролик подопытный, надо же девчонкам нашим на ком-то тренироваться! Вот и страдаю. Мне сейчас ещё повезло, недавно вообще с афрокосами ходила! Эх, дай мне волю, я бы из вас такую конфетку сделала, – мечтательно закончила парикмахер.

Прямота девушки подкупила, и я махнула рукой:

— Берите!

— Что брать? – захлопала она глазами.

— Волю. Но только длину не состригать – прокляну!

На том и порешили. Под монотонный бубнёж парикмахерши, поведывавшей мне о каком-то жутко пафосном и талантливом мастере, я неожиданно для себя заснула, приоткрывая глаза только затем, чтобы поднять или повернуть голову. Удивительно, что пока я пребывала в дрёме, девушка продолжала говорить и как только она замолкла, я тут же открыла глаза, чувствуя себя бодрой и отдохнувшей.

— Вот видите, – засмеялась она, – давно хозяину говорю, что нам вывеску надо сменить – вместо «парикмахерской» «спа-салон» написать, почти все клиенты, попавшие в мои руки немедленно засыпают. А вам идет! Цвет потрясающий!

Я принялась разглядывать результат и осталась довольна – Аллочка была права, цвет шёл мне необычайно, хотя изменился не слишком сильно, если честно, совсем почти не изменился, просто непостижимым образом волос стало больше, глаза ярче, южный загар подчеркнулся, а тяжеловатый подбородок вдруг заострился.

— Хороша! – не смогла не согласиться я, и, расплачиваясь, оставила девушке приличные чаевые.

Сгрузив в багажник свои пакеты с растаявшими полуфабрикатами, я заметила, что лампочка, показывающая уровень бензина в бензобаке тревожно моргает и зарулила на заправку – на последних литрах топлива кататься по городу я побаивалась.

На автозаправке поджидал сюрприз – уже заехав, я заметила стоящий у колонки знакомый чёрный джип, к которому, на ходу засовывая телефон в карман, не торопясь шёл Лёнька. Мазнув по моей машине взглядом, он не обратил на неё внимания, уставившись на мигающие цифры бензоколонки, устало потирая лицо.

Это меня неожиданно раззадорило, чёрт знает почему – сама не знаю – но почему-то именно ему захотелось продемонстрировать результат Аллочкиных трудов. Оправдывая себя тем, что завтра моя прекрасная прическа все равно помнётся, а похвастать хочется, я не спеша покинула свой автомобиль, преувеличенно громко хлопнув дверью. Звук, конечно, привлёк его внимание, и он притормозил, глядя как я царственной походкой шагаю к кассам, мимоходом удостоив его кивком.