Книга Тень от козырного туза, страница 30 – Марина Болдова

— Вы ко мне? Я услышала шум сверху, вышла проверить, мало ли! Вы же Рита, подруга Павла, так?

— Да, Маргарита Николаевна Стрельцова, – зачем-то полным именем представилась Рита. – Добрый день. Простите, не могу дозвониться до него, но машина во дворе.

— А ключа у вас нет, – констатировала соседка Павла. – Вы проходите, Рита, не разувайтесь.

— Спасибо.

— И не переживайте так, возможно, крепко заснул. А мы попробуем набрать на стационарный телефон. У нас тут местная связь, через коммутатор воинской части – дом-то офицерский, – говорила женщина, двигаясь по коридору и поминутно оборачиваясь назад. Рита, ступая за ней, с удивлением отметила, что коридор в этой квартире кажется более широким, чем у Павла. Возможно, меньше захламлен?

— Ну все, пришли. Аппарат в этой комнате. Сейчас все решим. Давайте знакомиться для начала. Я – Раиса Сергеевна, можно просто тетя Рая, как кличет меня Паша, – она грузно опустилась на стул и кивнула на другой. Рита осталась стоять. Раиса Сергеевна сосредоточенно набирала номер. – Нет, не берет… Рита, да присядьте вы, будем еще пробовать! Впрочем, неудивительно, если он заснул, столько нервов потратил на суд с бывшей женой. Вы же в курсе? – женщина продолжала нажимать кнопки на допотопном аппарате связи.

— Да, но так и не знаю, чем все закончилось. Поэтому и приехала, – поторопилась оправдаться Рита, присаживаясь.

— Девочку оставили матери. Вот такая несправедливость. Паше сейчас очень нужна поддержка, как бы не сорвался опять, – она вдруг пристально посмотрела на Риту.

Рита растерялась. Павел пьет? Или пил? Что означает это «сорвался»?

— Хотя после рождения Златочки такого не было. Ни разу! Даже когда отца хоронил, – спохватилась Раиса Сергеевна, видимо, заметив ее замешательство.

Рита поняла, что заблуждалась, считая, что знает о своем друге практически все. Возможно, то, что касалось его нынешней жизни, не было для нее тайной, но прошлого – родителей, детства, юности – они в разговорах не затрагивали. Павел никогда даже вскользь не упоминал, как жил до брака с Норой.

— Когда умер его отец? – спросила она.

— В девятнадцатом, в пандемию. Мать Павла, Анна, привезла вирус из Италии. Сама переболела легко. Но после нее заболела Софья Давидовна Эфрон, бабушка Норы, а последним – отец Павла Алексей. Ни Софья, ни Алеша не выжили, – рассказывала хозяйка квартиры, в очередной раз набирая цифры. – Не отвечает. Господи, только бы не запил! – вдруг оборвала она себя. – Пойдемте, Рита, нужно открыть дверь!

Ключи висели на ключнице, Рите бросился в глаза брелок – ярко-красный пластиковый овал с какой-то надписью. Точно такой же она видела и на связке Павла.

Раиса Сергеевна, торопливо переобувшись в туфли на низком каблуке, распахнула дверь.

— Пошли! Как бы скорую не пришлось вызывать. Ох, беда… Напивался Пашка, бывало, до бессознательного состояния. Алексей сыну вызывал медиков из части, капельницы ставили. Беда, беда… – повторяла она, поднимаясь по лестнице.

Раиса Сергеевна вошла в квартиру первой, на время загородив своей массивной фигурой обзор Рите.

— Ох ты боже мой! Я так и знала! Пашка, дурак ты эдакий, что ты творишь! – выругалась она и наклонилась. Тогда только Маргарита увидела лежавшего на спине Павла. Она сделала шаг и почувствовала, как тревожно забилось сердце – без сомнения, тот был мертв. Кровь на синей футболке заметила и Раиса Сергеевна. Она охнула и резво вскочила.