Книга Нехитрая игра порока, страница 93 – Марина Болдова

— Я люблю тебя.

— Да, наверное. Такую, как помнишь. Беззаботную девочку, за спиной которой был глубокий надежный тыл – Карим. Что бы я ни натворила, что бы со мной ни произошло, именно отчим первым помог бы мне. Знаешь, сколько глупостей я наделала, когда он женился на Элизабет и уехал в Англию? И самая большая из них – я продолжала цепляться за прошлое, в котором были Карим, Соня и ты. Простила я тебя давно, словно чувствовала, что не все просто в том спектакле. А когда узнала, какую цену ты заплатил…

— Так вот почему ты сейчас здесь. Пожалела!

— Не начинай снова. Вот уж ты точно жалость не вызываешь. Тогда, в парке, случилась минутная слабость… а ты и без меня решил бы проблему, признайся?

— У меня в кармане был мобильный и карта с хорошей суммой денег на ней, – усмехнулся Макс. – Я не бедный инвалид, Аська. Наши дети…

— Наши дети… – перебила я, не дослушав. – Детей не будет, Макс. Я ухожу. Все это бессмысленно. И не обо мне точно. Я не могу, не хочу ничего менять в своей жизни! В двадцать восемь лет! Поздно! Все как-то уже устоялось, я люблю одиночество и свою маленькую квартирку. Общения с несколькими умниками из лицея и редких встреч с Соней мне вполне достаточно. Я не хочу ни за кого отвечать и не нуждаюсь в опеке. Да, знаю – звучит цинично, но назови мне причину, по которой нужно было бы сейчас соврать?

— Слышала бы ты себя со стороны. Ты оправдываешься, вот и все. Аська, скажи прямо, у тебя появился кто-то другой? За эти полсуток, как мы расстались? Но так не бывает!

— Ты сам ответил на вопрос. Ну, кто другой? Давай остановимся на том, что все дело во мне. В моем эгоизме, точнее. Я не заменю тебе Раю, Макс. В тебе, в твоих потребностях нужно раствориться. Угождать, изучить твои привычки, предупреждать желания. Ну, не готова я! Просто прими это объяснение. И отпусти меня, Макс. Без этого твоего традиционного «пошла вон».

— Хорошо.

Я жутко замерзла. Пальцы, и так обычно холодеющие во время волнения, стали ледяными и не слушались. Приближался приступ, таблетки остались в сумке, которую я повесила на вешалку в прихожей. Я не собиралась идти в спальню, надеясь на разговор на кухне. Присутствие Раисы придало мне сил. Без нее мой визит закончился бы постелью. Меня по-прежнему тянуло к Юреневу, он легко справился бы со мной, даже просто проигнорировав мое слабое сопротивление.

Я сделала шаг к двери не сразу. Секундного моего замешательства хватило Максу, чтобы схватить меня за руку.

— Аська, подумай еще раз… ничего же потом не вернуть!

— Вот именно, Макс, – не вернуть, – спокойно ответила я, убирая руку.

Открывая наружу дверь спальни, я едва не задела Раису. То, что она подслушала весь наш разговор, сомнений не было.

Я вспомнила эту женщину сразу, как только она остановилась рядом, чтобы помочь. Это она встретилась на днях у подъезда и открыла мне дверь – обе мои руки были заняты пакетами с продуктами и лекарствами для Макса.

Сейчас я стояла у стены, почти ничего не соображая от боли, и пыталась выдавить из блистера капсулу. Женщина молча сделала это за меня и, дождавшись, пока я проглочу лекарство, кивнула на дверь квартиры Макса.

— Сама ушла или выгнал? – задала она бестактный вопрос. – Ася, пойдем, поднимемся ко мне. Я – мама Коли Басова, Анна Дмитриевна. Помнишь такого? Помнишь… Пошли, чаем напою. Придешь в себя, а то бледная, как моль.