Книга Клетка сладкого кошмара, страница 21 – Кира Князева

На этот раз он не стал уходить. Просто лежал на мне, но осторожно, не наваливаясь всем весом, а переводя часть его на локти и колени. И я кожей чувствовала его горячее мускулистое тело и то, что он смотрел на меня. Очень хотел увидеть этот его взгляд, но… что там увидишь, за всеми этими излюбленными им штуковинами?

Слегка приподнявшись, он отстегнул зажимы и, судя по звуку, бросил их на пол. Соски саднило, но не сказать, что боль была нетерпимой. Мой мужчина был прав — это очень необычно. Вот и всё, сейчас точно уйдёт…

Вершинки соска коснулся его горячий язык. Очень нежно, словно извиняясь, он кружил то над одним, то над другим соском, и внизу живота вновь стало сладостно собираться желание. Я по-прежнему ощущала его член между своих ног, и слегка сжала стенки влагалища, показывая, что мне нравились его действия.

По коже возле соска скользнул поток воздуха от одобрительного фырка, а затем он повёл языком меж моих грудей выше, ненасытным поцелуем впиваясь в мою шею, поднимаясь по ней к скуле, щеке, виску. Я качнула головой в его сторону, тоже желая ощущать его запах, и бесцеремонно и шумно вдохнула, чувствуя, как все внутренности сжало от приятного пряного аромата моего мужчины.

Снова фыркнув, он немного отстранился, кажется, не потому что ему не понравилось. Поколебавшись с полминуты, он тихо спросил меня:

— Ты очень сладкая, Нэнси. И я хочу чувствовать тебя больше, — и без того низкий голос стал ещё ниже, будто он всерьёз волновался, но пытался это скрыть. — Я отпущу твои руки, но есть условия. Ты не станешь снимать всё, что у тебя на лице, и не будешь трогать руками моё лицо. Если согласна и будешь хорошей девочкой, просто кивни.

Я быстро закивала. Его условия мне были более чем понятны: он по-прежнему хотел оставаться инкогнито, а значит, любое моё прикосновение к его лицу могло выдать черты. Впрочем, шальная хулиганская мысль так и сделать посетила голову сразу же, ведь тогда был бы маленький шанс, что он не захочет от меня избавиться уже через две недели.

Само собой, разум в голове тоже присутствовал и отрезвлял. Как раз у него так будет больше поводов от меня избавиться, а методы мне могут не понравится совсем. Пока я играла по его правилам, я была хорошей девочкой, но стоило оступиться, и кто знает, к чему это может привести.

Нарушать я их не буду. Пока что. Не из страха. Мне просто не хотелось его расстраивать. Не хотелось, чтобы он снова ушёл. В его объятиях было так уютно и тепло, а такого удовлетворения я в своей жизни не испытывала никогда. И пусть я наивная дура с такими рассуждениями — живём один раз. Так уж сложилось, что в этой клетке обитал тот, кто звал себя моим кошмаром, совершенно не подозревая, что для меня он — самый сладкий в жизни сон.

Нэнси

* * *

Сверху раздался щелчок, и бондаж исчез. Первым своим порывом я обняла мужчину за плечи, вцепившись пальцами в разгорячённую после секса кожу. Он вздрогнул от неожиданности, опустил своё лицо к моей шее, коснулся кожи горячей щекой и глухо рассмеялся, запустив руки мне под спину и ответно прижимая меня к себе в объятиях.

Такое приятное ощущение… нужности? Важности? Не знаю… По сути, мы просто любовники, я ничего о нём не знала, кроме того, что с ним было очень хорошо в постели. Я не знала ни его имени, ни внешности, ни ещё каких-то мелочей из его жизни, но каждое прикосновение его сильных, но нежных рук сводило меня с ума. Это была какая-то тактильная эйфория, особый язык, на котором мы говорили друг с другом, и этого было не просто достаточно — этого было с лихвой.