Книга Клетка сладкого кошмара, страница 27 – Кира Князева

Вот только тогда я не понимал ещё, с кем связался и какие методы у тех, кто вращался в таких финансовых водоворотах. Когда я разворошил змеиный клубок честными методами, конечно, не ожидал того, что случилось после. Немало сил в последствии понадобилось, чтобы избавиться от клаустрофобии, перестать оборачиваться каждые пять секунд, не дёргаться от резких звуков и перманентно не испытывать тревожность.

Всё это было после. После того дня, когда я на своей шкуре испытал, какого это — быть наследником моего отца, миллиардера Кристофера Карстара. Чёрный мешок на голове, разбитое лицо, горящее болью тело, стенания Люси где-то рядом… Как бы ни старался, я никогда не смогу этого забыть. Мне нельзя бояться. Но помнить — приходилось.

Я не верил, что такой исход имел большую вероятность, мне казалось — я свихнулся и заигрался в шпионские игры, но моя паранойя спасла мне жизнь. В те времена я плотно сотрудничал с полицией, и не просто с копами, протирающими штаны в участке. В пуговице на брюках был вшит маячок, и за мной приглядывали нужные люди. Я знал, что нужно было лишь дождаться — и нас вытащат.

Вот только Люси об этом не знала, и я увидел её истинное лицо. Как в плохих дешёвых фильмах, похитителям захотелось поизмываться над нами перед тем, как пристрелить. Я понимал, что каждая секунда играла мне на руку, поэтому подыгрывал им, изображая человека при смерти. Да и недалеко это было от правды, если так посмотреть.

С меня сорвали мешок. В тёмном помещении первое, что я увидел — горящие сумасшедшим ужасом глаза Люсинды. Не знаю, что успели сотворить с ней эти уроды, но она изменила своё отношение именно ко мне. Один из ублюдков склонился к ней и нарочито громко, чтобы я услышал, спросил:

— Ну что, крошка. У меня к тебе предложение. Выбирай. Первое — я убью вас обоих. Второе — я дам тебе пистолет, ты выпустишь ему в лоб пулю. Мы с тобой немного развлечёмся, и ты будешь жить дальше. Кивни, если второе, — он расплылся в довольной улыбке, косясь на меня.

И она кивнула. Тупая дура. Они бы всё равно поступили бы так, как сами хотели. И не убили бы её, а заставили выстрелить в меня. Ведь тогда на неё можно было повесить убийство. Но, она предала меня. Взяла пистолет, навела ствол на моё лицо и даже не дрогнула. Полиция нагрянула вовремя, ещё бы мгновение, и женщина, которой я доверял, пустила бы мне в лоб пулю, чтобы спасти свою шкуру.

В последствии она не раз приползала к моим ногам на брюхе, прося прощения, но хищники падалью не питаются. Тот день стал для меня самым большим и важным уроком на всю жизнь. Хорошо, что я не был настолько туп, чтобы жениться на ней, а ведь собирался сделать ей предложение, даже кольцо купил. Идиот. Спасибо судьбе, что отвела, пусть и таким жестоким образом.

С тех самых пор я предпочитал никому не доверять, и это решение было самым важным в жизни. Я окинул взглядом собравшихся за столом. Здесь больше нет ни крыс, ни змей. Я научился отличать их сразу же, как только твари переступали мой порог. А те, в ком сомневался, быстро оказывались за его чертой.

Привычно почесал висок, чувствуя пальцем шрам на лице. Широкий и глубокий, как напоминание моей личной аксиомы: доверие — это слабость. Особенно, к женщинам. С тех пор у меня больше не было ни одной, которая могла бы видеть моё лицо. Узнать, кто её трахал. Потому что те, что знали, вызывали у меня отвращение. Светящиеся от жажды наживы глаза, похотливое желание сделать всё, лишь бы окунуться в богатство и роскошь, покрасоваться со мной на пёстрых фотках в СМИ…