Книга Кодекс недотроги, страница 32 – Алиса Лисова

В последний день рабочей недели работать не получалось от слова совсем. Мышка, которая нацепила свою обычную одежду, теперь жила в моей памяти совсем в другом обличьи. Но больше всего бесило то, что любые попытки приблизиться, пусть даже подсознательные, ею игнорировались или пресекались. Хотя, наверно, к лучшему.

— Ну, привет, трудоголикам! — как всегда без стука ворвался в мой кабинет старый друг. — У меня на тебя сегодня планы.

— Не могу. Занят.

— Это мы сейчас исправим!

Быстро приблизившись к моему столу, он опустил крышку ноутбука и, выдернув провод зарядки, сунул компьютер в под мышку.

— Ты что творишь, демон?!

— Спасаю друга! Время видел? Девять вечера, пятница, а он работает. Ты так себя в гроб загонишь. А я похороны не люблю, мрачновато для моей просветленной души!

— Так и скажи, что нужна компания.

— И это тоже, — шире улыбнулся Роман.

Мы вышли в приемную и Ромка вдруг замер, с силой сжав пальцами мое плечо.

— Ты чего? Вспомнил что-то?

— Она! — прохрипел он со смесью шока, восторга и чего-то ещё, глядя за стол мышки. — Это она! Та самая…

(От лица Нади)

После наших с Алисой шалостей, я отвезла её домой и уложила спать. Она твердо отказалась от моей попытки за ней поухаживать и упала в постель. Я начала переживать, ведь её раздвижение границ, от невинного поцелуя со мной очень резко перешло в стадию петтинга в ночном клубе втроём. Такая импульсивность могла вызвать у неё так называемую «дофаминовую яму», где от резкого всплеска эмоций, ощущений, нарушения привычного порядка жизни, она запросто могла скатиться в депрессию. Сдержанная, закрытая и гетеросексуальная Алиса, мои стремления помочь ей раскрепоститься могла расценить по своему, испугаться. И с этим надо было что-то делать.

— Ох уж этот Фирсов… Ох уж эти кодексы… — ворчала я, залезая в такси.

На неделе всё стало еще хуже. «Еёйный» Пашенька нагрузил её по самые помидоры, заставляя оставаться на работе до позднего часа. На мои сообщения она отвечала сухо. Я никак не могла понять, что стало тому причиной — занятость или нежелание со мной разговаривать. Мне это всё порядком поднадоело и я решила взять быка за рога, а именно: завалиться к ней в офис, и заставить со мной поговорить.

Популярность Павла Борисовича Фирсова шагала впереди него, так что нагуглить адрес его фирмы не составило труда, впрочем, как и пройти мимо охраны. Похлопать глазками, поправить бюст, томно сказать что-то про забытый пропуск и, вуаля, я уже в лифте.

Учитывая большое эго больших начальников, я подумала, что рабочее место Элис находится рядом с царем этой железобетонной горы, поэтому уверенно нажала самый верхний этаж, и не прогадала. Вылетев из лифта, я прямиком понеслась к подруге, которая сидела за столом окруженная кипами каких-то бумаг. Ох уж эти офисные клерки, как так можно жить?

— Лисова Алиса Романовна! — гаркнула я ей прямо над самым ухом, потому что она была настолько поглощена работой, что даже не заметила, как я подошла. — А, ну, бросай эту дрянь и быстро собирайся!

— Надя?! Что ты тут делаешь? — забормотала Алиса ошалело похлопывая своими невинными и крайне уставшими глазками.

— Что-что… Если гора не идет к Магомеду, Магомед пойдет к горе. Мне надоело, что ты меня всю неделю избегаешь. Сегодня пятница, время десятый час, а ты что?