Книга "Л" значит Лили. Часть I, страница 105 – otium

— Да, я знаю, — кивнула Лили. — Поттер мне рассказал. И не только об этом, так что я в курсе всех ваших вчерашних похождений, — добавила она с намеком.

Его лучезарная улыбка немного поблекла.

— Признаю, мы немного перестарались… ладно-ладно, я перестарался, — исправился Сириус, поймав ее укоризненный взгляд. — Но этот придурок сам виноват — нечего было вести себя как последнее чмо, тогда бы и разговор вышел не таким… жарким.

Он нервно хохотнул, точно потешаясь над собственной шуткой, и запустил руку в волосы. Берилл Джиггер, которая как-то незаметно нарисовалась у соседнего окна, бросила на него томный взор раненого лебедя, но Лили эти ужимки только раздражали.

Особенно если вспомнить, из-за чего он оправдывался.

— Значит, сам виноват? — медленно закипая, переспросила она. — Очень по-гриффиндорски, нечего сказать! Сначала наброситься на слабого, на того, кто не может дать сдачи, а потом его же и обвинить — сам, мол, напросился!

Сириус приподнял брови. На его лице отчетливо читалось удивление.

— По-моему, ты преувеличиваешь. Особенно насчет слабости и беззащитности. Я эту подлую породу хорошо знаю, от них только и жди удара в спину. Тихушники и трусы, вечно норовят нагадить исподтишка, — он покачал головой. — И не так уж сильно ему и досталось — подумаешь, проучили чуток! В следующий раз будет думать, прежде чем распускать свой поганый язык. Я с ним по-человечески, по-хорошему просил молчать, а это чумазое чмо… — он запнулся и с вызовом продолжил: — Да за такие намеки… что мой брат и Сами-Знаете-Кто… Я их любому в глотку вколочу — любому, ясно? Хоть министерским, хоть газетчикам, хоть всем Упивающимся в полном составе!

В его глазах горела ярость, а щеки раскраснелись, как от мороза; он судорожно сжимал палочку — казалось, дерево вот-вот треснет. В вагоне уже собралась небольшая толпа — девчонки млели, бросая на Сириуса восхищенные взоры, готовые растечься лужицей у его ног.

К горлу подступил ком. Лили поняла, что сейчас ее стошнит, и она тоже растечется лужицей. Только от омерзения. Какое же оно все… неправильное — и эти заносчивые придурки с их альтернативной логикой, и трепетные идиотки, которые не видят дальше своего носа, и весь этот мир с его жестокостью и несправедливостью. Оказывается, Сириус считает всех эльфов подлыми тварями, которые гадят исподтишка — а до чего он додумается в следующий раз? И кто станет его новой жертвой? Чиновники? Газетчики? Или она сама — за правду, которая ему не понравится? Под ногами дрожал пол, стук колес болезненным эхом отдавался в сердце, и в голове пульсировала одна-единственная мысль.

Он такой же. Такой же, как и его брат, чума побери всех этих Блэков, только тот не видит людей в магглах и магглорожденных, а этот вообще ни в ком.

Правда слетела с языка быстрее, чем она успела его прикусить.

— Неужели тебе не приходило в голову, что надо просто спросить у родителей? Бедный эльф лишь повторил то, что день за днем слышал от хозяев, а ты его за это избил! Я говорила с твоим братом, он твердил как заведенный — Темный Лорд то, Темный Лорд это… Нес какую-то чушь, что тот-де оказал ему великую честь и отметил его как равного. Скажешь, я тоже лгу, и вколотишь мои слова мне в глотку?

Но Сириус только побледнел, и беззаботное выражение сползло с его лица, как дурно прилепленная маска.