Книга Небесный всадник. Том 5, страница 149 – Кирико Кири

— Я Серафине отчёт сдам и заберу её, — пообещал я.

— А с ней что прикажешь делать, я не пойму? — сразу начала щетиниться Жаннель.

— Свяжу и брошу обратно в пасть к Бегемоту, пусть там сидит и не мешает, договорились? Я заберу её в поместье. Скорее всего, уже сегодня вечером или может завтра утром.

Довольной её было назвать сложно, но спорить Жаннель не стала. Просто фыркнула, спрятала ножны в меч и ушла. Я же в свою очередь, немного повозившись, смотал пленницу, как мумию верёвками и под всхлипы и трёп о милосердии бросил обратно в пасть к дракону. Удивительно, как люди вспоминают о милосердии, когда дело начинает касаться конкретно их. Я не злопамятный, просто интересный факт.

К тому же у меня сегодня было чем ещё заняться. В моей комнате, скромной каменной коморке меня ждала целая пачка пергамента и полная чернильница. Отчёт сам себя, к моему глубочайшему сожалению, не напишет.

* * *

Ничего не убивает лучше, чем бюрократия — этот факт был неоспорим. Будь то страны, благие намерения или войны, всё по итогу начнёт загибаться с той скоростью, с какой бюрократы заполонят собой каждый уголок мира. И как печально, что эта тенденция добралась даже до шпиля. Возможно поэтому войн стало меньше — они грязли в бумагах надёжнее, чем в весенней слякоти.

Самсон пришёл с отчётом лишь под самое утро, зевая во весь рот и, кажется, даже не совсем понимая уже, что происходит. Серафина могла ему только посочувствовать, но только чуть-чуть — для неё самой это стало уже чем-то обыденным, все эти недосыпы и вечные отчёты, отбирающие львиную часть времени.

И вот момент «Х» — он сидел перед ней, пока она быстро перечитывает отчёт. Что-то знакомое, кажется, они уже сидели вот так и у них потом была одна история и, насколько Серафина помнила, ничем та хорошим не закончилась.

— Та-а-ак… — протянула она, заставив его вздрогнуть от неожиданности. Нет, он не испугался, просто начал засыпать. — Самсон, я тут читаю, и у меня невольно возникает вопрос. Ты пишешь про артефакт и про двойника, которого тот породил. Допустим, про артефакт я понимаю: вы не стали его уничтожать, потому что не знали, что может случиться при его разрушении. Но почему вы не убили твоего двойника?

— Ну-у… мы решили, что он не уйдёт из пустыни живым, — ответил тот, стараясь подавить зевок, что было видно невооружённым взглядом.

— Он полностью копирует тебя, так?

— Ну насколько я понял.

— И ты его не уничтожил.

— Нет.

— И не видел, что он умер, я всё правильно поняла?

— Ну он, по идее, не мог выжить, ведь там на сотни километров пустыни и кочевники, которые режут всё и вся. К тому же, мы там пока дошли до гнезда драконов, он уже мог на все триста шестьдесят удрать куда угодно или залечь. Я бы охренел держать под ментальным контролем столько дикого дракона, пока мы бы там всё прочесали.

— Ты мог отдохнуть и потом, Самсон, — вздохнула Серафина раздражённо. — Ты же понимаешь, что где-то по миру сейчас разгуливает злобная копия с твоим лицом? А ты понимаешь, что она может натворить? А если она тоже умеет обращаться с драконами?

— Могла бы — уже в тот момент начала бы управлять.

— Или она пока не разобралась с твоими силами. Самсон, ну… ну как так, а? — разочарованно взглянула она на парня, который всем видом показывал, что не спит, хотя в глазах читалось совершенно другое. — Мы не знаем, жив он или нет, а с твоей внешностью он может натворить бед выше крыши шпиля!