Книга Баллада о нефритовой кости. Книга 1, страница 75 – Цан Юэ

— Да ты храбрец! Даже «человеческий сосуд» осмелился сделать? С тех пор как император Бэй Мянь выпустил высочайший указ, изготовлять в Облачной пустоши «человеческие сосуды» запрещено! Разве ты не знаешь?

— Нет! Я не имею к этому делу никакого отношения!

Владелец разбросанного на дороге груза побледнел, как полотно. Увидев Чжу Янь, он кинулся к ней, упал на колени и стал кланяться так, что княжна испугалась, что у него переломится спина.

— Госпожа! Этого ребенка с его проклятым кувшином ваш ничтожный слуга подобрал недалеко от реки Алой Воды! Малец из морского народа нес на спине русалку, и я просто пожалел их двоих. Я подумал, что они не протянут и пары дней, поэтому забрал в свою повозку.

Прежде чем он успел сказать что-то еще, стоявшие рядом люди зашумели наперебой и стали бранить его:

— Не болтай вздор перед лицом княжны! Хочешь сказать, что мимоходом подобрал этот «человеческий сосуд»? Если ты врешь, боги отрежут тебе язык!

— Можно подумать, это так просто – найти русалку из морского народа. Скажи еще, что в Алой Воде течет золото! Или считаешь, что все вокруг идиоты?

Торговцы распалялись все больше и больше, они уже закатали рукава и были готовы надавать провинившемуся купцу тумаков.

Но Чжу Янь остановила их:

— Он не врет, этот «человеческий сосуд» не его рук дело. Так что отпустите его.

Купцы переглянулись, но не осмелились ослушаться приказа княжны. Все, что им оставалось – сердито пыхтя, отпустить жертву.

Торговец выдохнул с облегчением и стал часто-часто кланяться. Словно курица, клюющая рис.

— Мудрость госпожи не знает границ! Я, ничтожный, желал отдать сына и мать из морского народа вам, княжна!

Чжу Янь взглянула на купца с холодной усмешкой. Она не сомневалась, что он подобрал их на дороге, но что собирался сделать после? Мерзавец, разумеется, с первого взгляда понял, что эти двое из племени русалок, поэтому решил тайно прибрать их к рукам, привезти в Лиственный город и продать. В конце концов, даже мертвое тело русалки имеет свою цену, не говоря уже о живом ребенке из морского народа.

— Проваливай!

Чжу Янь начала снова закипать. Она пнула купца ногой и склонилась, чтобы помочь ребенку поднять человеческий обрубок, что он так отчаянно обнимал. Держать в руках тело, лишенное конечностей, было очень странно. Оно было тяжелое и при этом мягкое, с обвисшей кожей, и напоминало кусок филе на разделочной доске.

Не зря говорят, не родись красивой. Женщину, которая десять лет назад не знала себе равных, в итоге постигла такая страшная судьба!

Глаза Чжу Янь покраснели. Преодолевая внутреннюю дрожь, она подняла наложницу Юй и осторожно переложила ее на кучу шерстяных одеял. Ребенок следовал за княжной, помогая придерживать шею матери, и стремительно завернул ее в одеяло, скрывая наготу.

— Эй, ты в порядке? – шепотом спросила Чжу Янь, откинув с лица искалеченной русалки грязные спутанные, длинные волосы.

Женщина с трудом приоткрыла глаза и посмотрела на княжну. Ее мутный взгляд вдруг прояснился!

— М-м-м… м-м-м…

Наложница Юй с трудом открывала рот. Она повернула голову, чтобы увидеть своего сына. В ее взгляде появились тревога и беспокойство, а бирюзовые глаза наполнились слезами, но она не могла сказать ни слова, потому что ее язык был отрезан.