Книга Некромант, страница 203 – ВальДеМортис

Удивление, растерянность, негодование, страх, ужас, ярость сменялись на лице Таэля так быстро, что слова застряли в горле.

— Ты… — только и сумел он выдавить из себя, глядя в пустые, горящие гневом глаза.

Это был его брат. Лазриэль. Но глаза смотрели не глазами брата. В них была только тьма. Таэль почувствовал, как земля уходит из-под ног. Всё, во что он верил, все надежды на спасение — всё рухнуло в одно мгновение. Брат, которого он боготворил, которому завидовал, с которым сражался и мирился — теперь стоял по ту сторону. И не было никакой уверенности, что его ещё можно вернуть.

XX Игры богов.

Эрмортресс, Харнесесс и Таэль ошарашенно уставились на повелителя тьмы. Никто из них не мог поверить своим глазам.

— Убейте их всех! Уничтожьте каждого, кто дышит, а я пока разберусь с братцем. — Зловеще процедил Лазриэль. Его голову украшал венец, на спине развевался красный плащ, а рука сжимала посох с красным рубином и лезвием на конце. Повинуясь его воле, щупальце тьмы далеко отшвырнуло Махитхарджи, а сразу десятки других, метнулись в сторону мечника.

Таэль’авир так и не оправился от шока, но многие часы тренировок дали о себе знать и он стал уворачиваться раньше, чем подумал об этом. Эльфийские клинки позволяли рубить тени, но их вокруг было слишком много и эльф решил, что пора перехватывать поводья и атаковать самому. Он вспыхнул и появился прямо позади брата, пытаясь вонзить клинок в спину, но тот оказался быстрее, снова принимая меч древком черного посоха. Оттолкнув Таэля, он крутанулся, пытаясь достать его лезвием. От смерти спас только камень, на котором оступился воин.

Андориус в это время отбился от монстра из мира теней, развеял еще одного, кинувшегося на перерез и набросился с черным мечом на Махитхарджи. Удар слева встретил портальный щит, попытка распороть ему живот, снова щит. Взмах снизу-вверх, противник увернулся. Апостол зарычал от гнева, сплел тени и выплеснул прямо в грудь сопернику. Несмотря на щит, пурпурный маг был отброшен на несколько шагов назад. Он встряхнулся и стал собирать тени.

Друиды уже опустошили запасы маны, обратились в боевые формы и ворвались в ряды нежити. Ментальных мечников давно смяли. А эльфы умирали один за другим. Тени и воины тьмы оказались весьма умелыми бойцами, а их количество позволяло атаковать живых сразу по двое или даже по трое.

Харнесесс последний раз встретился взглядом с верховным магом, одними губам ипрошептал: “Помни” и стал трансформироваться. Руки вытянулись, изогнулись под странным углом, превращаясь в лапы-серпы. Он увеличился в размерах, оброс хитином. И вот уже, в самую гущу некросов прыгнул исполинский ночной охотник. Хитин принимал на себя удары мечей и топоров. Мощные удары разбрасывали врагов в разные стороны. Воскрешенных лошадей он перерубал пополам взмахом могучей лапы, а выстреливая шипом, выбивал всадника из седла прямо на ходу.

Друиды создали в рядах врага на правом фланге настоящую бойню. Левый же фланг, наконец восстановил ряды после сумятицы, внесенной Таэль’авиром и вновь направился в атаку, но маги были начеку. Эрмортресс не спеша двинулся вперед, рассыпая молнии по сторонам. Каждый его следующий шаг сопровождался новым заклинанием. Ментальные удары, ледяные стрелы, смерчи, катящиеся валуны. Никто не мог к нему даже приблизиться, а он все шел прямо сквозь ряды врагов.