Книга Некромант, страница 5 – ВальДеМортис

Сейчас же… уничтожено целое поселение. Там находилось восемь друидов, двое высших друидов и один великий, не говоря уже о простых эльфах. Сколько же должно быть нежити, чтобы смять такую силу? Одна только мысль об этом вызывала липкий холод внутри.

При поддержке воинов и лучников это количество друидов могло выстоять против целого войска мертвецов. Значит, количеством они не победили — их поддерживает какая‑то невероятно мощная сила… От осознания этого у Лазриэля перехватило дыхание, а Таэль невольно стиснул рукояти клинков, хотя и понимал, что здесь они бесполезны.

Размышления братьев, как и гомон в зале, грубо прервал грохот распахнутых дверей. Все лица повернулись к эльфу, что так бесцеремонно ворвался на общее собрание. Гонец тяжело дышал, а нескрываемый ужас в его глазах заставил стоявших ближе всего отпрянуть.

— Прости, Верховный, но времени нет! Передовой пост «Осины» пал, разведчики отрядов Длинноухого, Чертополоха и Ядовитого шипа уничтожены. Нежить уже на подходе — они будут здесь максимум через час, — задыхаясь, отрапортовал ввалившийся в зал растрёпанный, перепуганный гонец. По рядам собравшихся пронёсся тревожный шёпот, кто-то вскрикнул, кто-то с проклятием сжал оружие.

— Это невозможно, они должны были находиться в пути ещё как минимум день… — волнение верховного мгновенно передалось всем в зале. — Энты не успеют — придётся сражаться без Стародуба и его воинов. Сильванус со своими кентаврами тоже не доберутся так быстро. Сегодня нам не на кого рассчитывать, братья. Значит, придется полагаться только на собственные силы. И пусть каждый вспомнит, за что он держит меч: за дом, за родных, за саму жизнь, что пульсирует в этих стенах.

Растерянность первых мгновений после осознания потерь постепенно сменилась яростью и решимостью. В глазах собравшихся загоралось пламя, не сулящее противникам ничего хорошего. Лица обрели сосредоточенность и уверенность в единственно верном принятом решении. Эльфы готовились к бою — готовы были отдать жизни ради победы, ради уничтожения врага.

— Братья мои! — наконец взял себя в руки верховный друид. — Мне нечего больше вам сказать. Вы всё слышали сами, всё знаете и вольны делать то, что посчитаете правильным. Я же встречу смерть грудью, как и надлежит верховному поборнику жизни.

Харнесесс жестом отпустил всех присутствующих и, преисполненный мрачной решимости, твёрдым шагом направился в свою комнату — готовиться к последнему бою. Эльфы стали расходиться, а братья, рассекая толпу, помчались вслед за отцом. Они не сговариваясь ускорили шаг. Впереди был отец, которому требовалась помощь, и время, отмеренное до атаки, таяло с каждым ударом сердца.

* * *

— Лазриэль, Таэль’авир, как же я рад вас видеть. Так и знал, что никакие силы вас не удержат от присутствия на собрании, — с теплотой встретил их Харнесесс в своем кабинете.

Вместе с друидом там находился Эрмортресс — верховный маг Лесного дома, по совместительству ещё и единственный человек, живущий среди лесных эльфов. Он являлся одним из самых долгоживущих людей: настоящий возраст знали лишь он сам, вероятно, верховный друид, да, может быть, ещё несколько живых существ, но лет ему было точно далеко за три сотни. Магия природы, наложенная эльфами, и его собственные старания по поддержанию магического долголетия творили чудеса. При столь почтенном возрасте верховный маг щеголял чёрной как смоль бородой и удивительно живыми, хитрыми глазами, которые подмечали всё до последней мелочи и выхватывали малейшие детали, за какие только можно уцепиться. А острый, натренированный сотнями лет практики разум умел извлечь невероятные выводы из любого движения и даже вздоха.