Книга Закон тирана, страница 207 – Дэниел Абрахам

— Интересно, что Дарр Синлама не знает, что ищет, – заметил Маркус. – А ваши старые знакомцы знают?

— Не возьмусь предположить. Но я бы заподозрил, что у них есть некая идея, пусть даже искаженная давностью и непониманием.

— Вы, стало быть, не считаете, что они попросту все выдумали?

На лице Кита отразилась боль.

— Простите, – поспешил вставить Маркус. – Не хотел наступать дважды на чувствительное место.

— Полагаю, вы правы насчет того, что жрецы по какой-то причине были вынуждены отправиться в горный храм и что страх для них стал чем-то вроде тюрьмы. А потом случилось нечто, позволившее им вернуться. Нечто, из-за чего возвращение в мир показалось лучше отшельничества.

— Но что это было?

— Не рискну угадывать.

Смитт выступил из небольшой пещеры у самой кромки воды и, приставив руки ко рту, закричал, перекрывая шум прибоя:

— Тут что-то есть!

Маркус свернул и двинулся к пещере, Кит следовал по пятам. Если находка окажется очередным ложным следом, то все равно дело близится к закату и надо бы решить, заканчивать сегодняшние поиски или стоит еще задержаться. Прочие актеры тоже двинулись на зов, и вскоре все сгрудились полукругом у обрывистых прибрежных скал.

— Смитт, что здесь? – спросил Маркус. – Кроме очередной дыры в земле.

— Я прошел внутрь, там камень меняется. Становится гладким. Будто кто-то обрабатывал.

Маркус заглянул в темноту и вздохнул.

— Ну что ж, ничего лучшего все равно нет.

Пока Микель с Шершнем ходили к фургону за источником света, минул почти час. Капитан, взяв факел, пошел первым. Сначала он удивился тому, что камень на стенах меняется довольно далеко от входа – то ли у Смитта ночное зрение, как у южнецов, то ли он смелее, чем думал Маркус. А второй раз он удивился уже после смены камня. Шероховатый тоннель выровнялся, появились четкие стены. Слегка изогнутый потолок. Некогда ровный и гладкий пол, за многие годы занесенный грязью и мусором.

— Кит! – позвал капитан, скребя ногтем стену. – Вам это не напоминает драконий нефрит?

— Несколько напоминает, да.

— Хотите глянуть, что там в конце?

— Не отказался бы.

Ступали вперед медленно. Осторожно. Маркус держал факел вверху и чуть сзади, чтобы пламя не слепило глаза. Почти через сотню шагов тоннель начал расширяться, и Маркус с Китом вступили в просторное помещение. Перед ними лежало огромное темное тело – свернувшийся дракон, засунувший морду под крыло, как птица зимой. Маркус упал на одно колено – от благоговения и сдавившего душу страха.

Дракон было восхитителен. Чешуйки, даже покрытые пылью и заросшие лишайником, казалось, излучали черную мглу. Факельный свет терялся в ней, как в огромном куполе ночного неба.

— Кит! – прошептал Маркус.

— Да?

— Это ведь не статуя?

— Думаю, нет.

На стенах огромной пещеры виднелись рисунки и надписи – знаки совершенно невразумительные, хотя и странно знакомые. Маркус понимал их с той же безотчетностью, с какой ребенок отшатывается от обрыва: эти знаки впечатались в инстинкты, существовавшие на протяжении всей истории человечества; капитан чувствовал, как откликается что-то у него внутри. Рыже-черные потеки на стенах указывали на места, где прежде находились подфакельники, – металл истаял, не оставив ничего, кроме этих пятен.

— Ступайте за мной, – шепнул капитан и медленно двинулся вдоль стены.