Книга Ночная радуга, страница 14 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

После обеда тётя Генриетта сама выпроводила ребят вон.

— Идите, погуляйте. Скоро ко мне явится полицмейстер, будь он неладен, и вам точно не стоит попадаться ему на глаза.

Вика с Лукасом послушно отправились на берег моря, но вместо того, чтобы идти прочь от города, к бело-синему поющему пляжу, Вика повернула в сторону цеплявшихся за скалы разноцветных домиков Куидама – и в сторону стены Тумарья.

— Ты зачем туда идёшь? – не понял Лукас.

— Хочу кое-что проверить, – с таинственным видом заявила Вика. Но долго хранить тайну не смогла и почти сразу же пояснила: – Ты слышал, как майстер Раулс сказал, что ему кажется, будто Тумарье меня слушается?

— Слушается оно тебя, как же! – скептически фыркнул Лукас.

— Да погоди ты! Тётя Генриетта говорила, что Тумарье появилось после Раскола Сердца. Значит, именно Сердце удерживало его за пределами Восьмирья, логично?

— Логично.

— Вот я и подумала: Сердце не позволяло Тумарью затопить ваш мир. Майстеру Раулсу кажется, что Тумарье меня слушается. Так может, оно меня слушается потому, что у меня есть осколок Сердца Восьмирья? Надо проверить!

— Но как?

— Я зайду в Тумарье и попробую ему что-нибудь приказать.

— Что-то я сомневаюсь, что это сработает, – с сомнением протянул Лукас.

— А я всё равно хочу попробовать! Чем мы рискуем?

— Ну, например, тем, что ты застрянешь в Тумарье: темнохода-то с нами нет.

— Я всё продумала, – ответила Вика. – Далеко заходить я не стану, пройду лишь несколько шагов. И ещё я возьму какую-нибудь верёвку или ремень, а ты будешь держать другой конец. И если что, просто выдернешь меня наружу.

— Хм-м… – хмыкнул Лукас, глядя на вздымавшуюся впереди чёрную стену тумана.

Вика тоже на неё посмотрела. На её глазах шальная чайка, громко горланя, влетела в густую пелену – и пропала.

«Интересно, на какой высоте кончается Тумарье? – задумалась Вика. – В атмосфере или над ней? Вот бы самолёт сюда! Можно было бы подняться над Тумарьем, перелететь через него и спокойно добраться до нужного Осколка. Но что, если Тумарье разделяет на Осколки вообще весь здешний мир, включая даже космос? Хотя не факт, что в этом мире есть космос. Или так не бывает – мир без космоса?..»

Вика встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и поправила на плечах лямки рюкзака, в котором, как обычно, удобно устроилась Ванилька.

— Так что, ты со мной? – спросила она.

— Тебя же не переубедить, – ответил Лукас. – Пойдём уж…

Вика тихонько вздохнула с облегчением. Она была рада, что Лукас согласился, хотя не осудила бы его, если бы он отказался даже близко подойти к Тумарью. В конце концов, Лукас имел все основания сказать: «Нет уж, в этом я не участвую».

Чем ближе друзья подходили к высокой, мрачной стене клубящегося тумана, тем острее становились запахи плесени, горечи, сырости и подозрительности – и тем муторнее было на душе; вид Тумарья угнетал и портил настроение больше, чем даже самый пасмурный, самый дождливый осенний день.

Лукас по мере приближения к стене чёрного тумана всё больше бледнел. Вика даже решила, что в самый последний момент он, наверное, передумает. И сразу же сама себе возразила: нет, он так не сделает. Во-первых, Лукас дал слово и теперь от него не отступит, а во-вторых, верность другу, которому нужна помощь, конечно, перевесит его страх перед Тумарьем.