Книга Ночная радуга, страница 30 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Вика с трудом сглотнула, чувствуя, как страх стискивает грудь.

— Зато ты ничего не знаешь про фрею Тилль, – продолжила она.

— А этого даже папа не знает, – признался Николас. – Он с утра сегодня злой! А всё потому, что переживает, куда она делась.

Вика расстроилась; она надеялась узнать хоть какие-то новости, пусть даже плохие.

А Николас хлопнул себя по лбу:

— Так вот почему сегодня ночью почти не было видно ночную радугу! Фрея Тилль пропала! Но как же Брунс? Он ведь ученик маячника, он должен был занять её место!

Вика немедленно вспомнила о спящем внутри маяка Брунсе и решила отделаться многозначительным молчанием.

Николас некоторое время нетерпеливо переминался с ноги на ногу, а потом просительно протянул:

— А может, вы всё-таки проведёте меня на другой Осколок?

Вика закатила глаза. Только этой проблемы им сейчас ещё не хватало!

— А ты нашёл двадцать золотых?

— Нет. Но у меня есть уже четыре серебряных монеты!

— Когда будет хотя бы семнадцать золотых, тогда и поговорим.

Николас тяжело вздохнул, подозвал своего пса и, повесив голову, побрёл прочь, в сторону города. А Вика, проводив его взглядом, подумала, что, пожалуй, прошло уже немало времени, Лукасу пора бы и вернуться.

Подойдя к домику возле Белого маяка, Вика долго прислушивалась, не доносится ли изнутри подозрительных звуков.

— Ванилька, – тихо позвала она мечту, мирно дремавшую у неё за пазухой, – ты как думаешь: там всё в порядке?

Мечта высунула пушистую мордочку наружу, принюхалась – и спряталась обратно.

Вика решила рискнуть – и приоткрыла входную дверь.

И ахнула. В доме царил самый настоящий разгром! Синие шторы валялись на полу, яркие диванные подушки были разбросаны, а сами диваны опрокинуты, со стен сорваны и картины с морскими пейзажами, и декоративный деревянный якорь со штурвалом, люстра на канатах накренилась, старинные часы остановились, а зеркала в форме иллюминаторов оказались разбиты. Словом, всё перевёрнуто вверх дном, будто тот, кто это сделал, задался целью учинить как можно более сильный бардак.

Раньше в доме тёти Генриетты пахло морем, рассветом, прохладным песком и задумчивостью, а сейчас Вика отчётливо улавливала запах пригоревшего молока, нетерпения и досады. Похоже, ворвавшиеся в тётин дом, так и не нашли что хотели. Или кого хотели.

Вика обошла все комнаты, и везде царила такая же разруха. В её спальне кто-то переворошил постель, выпотрошил подушки, и пух разлетелся по всей комнате. Ящики комода были открыты, всё их содержимое разбросано по полу.

Ванилька выбралась из-за пазухи Вики, встревоженно чирлыкнула, взмахнула крыльями, взлетела на подоконник и, усевшись там, стала неодобрительно рассматривать бардак на полу.

Неприятное предчувствие кольнуло в сердце, и Вика принялась копаться в груде сваленного на пол постельного белья и полотенец. Она искала свою одежду – ту, в которой пришла сюда из своего мира: джинсы, футболку и кроссовки.

Вика перерыла всю спальню, но так и не нашла ни джинсы с футболкой, ни кроссовки. Выходит, те неизвестные забрали её одежду. И кажется, ничего больше. Получается, они знают, что Вика пришла из другого мира и для перехода в него нужен предмет оттуда.

Вика с облегчением вздохнула, ухватившись за лямки перекинутого через плечо рюкзака. Хорошо, что она всегда берёт его с собой! И когда наступит «лишний» день сентября, у неё будет вещь, которая поможет вернуться домой.