Книга Дно мира, страница 37 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Хочешь? – спросил один из охранников и протянул девочке угощение. – Дочка моя испекла, – с оттенком гордости добавил он.

— Спасибо, – неловко ответила Вика, принимая пирожок. Он выглядел аппетитно: круглый, румяный, с глянцевой корочкой.

Вика откусила – и почувствовала вкус яблочного повидла, каких-то терпких ягод и заботы. Похоже, дочка констебля пекла эти пирожки с настоящей любовью. Мысль о том, что у констебля, как у самого обычного человека, есть семья и дочка, которая печёт папе пирожки, да ещё и с любовью, только усилила сомнения и чувство вины. У злодеев по определению не могло быть семей, которые их любят, не так ли?

Постаравшись остановить так не вовремя нагрянувшие угрызения совести, Вика уже собиралась ретироваться, когда другой констебль вдруг задал вопрос, которого она так страшилась всё это время:

— А ты чья будешь, девочка? Что-то не припомню, чтобы раньше видел тебя в городе…

Вика застыла, мозг лихорадочно придумывал, что сказать. Враньё про отдалённую деревню на другом краю Осколка не пройдёт, Кууза по сравнению с теми же Ово или Куидамом куда меньше, и бо́льшую её часть занимает тюрьма.

— Да меня никогда не замечают, – притворно грустно вздохнула она, надеясь отделаться от вопроса какой-нибудь полушуткой-полужалобой, а сама тем временем начала тихонько отступать назад. – Даже мама – и та порой забывает, что я есть. Нелёгкая, знаете ли, доля самого младшего ребёнка в семье, – вымученно пошутила она.

— Это да, – усмехнулся констебль в ответ, добродушно глядя на Вику. – Я тоже был младшим из восьмерых, и могу поклясться, моя мамаша иной раз забывала, как меня зовут!

Ну вот пожалуйста! У него, оказывается, семь братьев и сестёр, и это тоже превращает его из злодея в форме в обычного человека!

Вика вежливо улыбнулась и сделала ещё пару шагов назад.

— Ну, я пойду, – пробормотала она. – Сковородки сами себя не отмоют.

С этими словами она скрылась за поворотом и облегчённо перевела дух. Что ж, первая часть плана удалась. Осталось дождаться, когда констебли заснут… Они должны заснуть, не так ли? Она насыпала по две чайных ложки сонливости, этого наверняка должно хватить! Интересно, как быстро подействует чай? Надо быть неподалёку, чтобы сразу увидеть, когда уснут констебли. Потому что если она сейчас вернётся на кухню и придёт сюда, положим, через час, то другие могут обнаружить спящих охранников раньше неё и поднимут тревогу.

Однако коротать время на площадке перед входами в тюремные коридоры, где всякий может её увидеть и задаться вопросом, что она здесь делает в такой неурочный час, пожалуй, тоже не самая лучшая идея. Чем же ей заняться?

И тут в голове появилась мысль, от которой сильно заколотилось сердце, а ладони мигом взмокли. То, что Вика задумала, было сущим безумием, но, если её план сегодня удастся и они с тётей сбегут, у неё больше никогда не будет возможности сделать это. Так что сейчас или никогда! И, собрав всю решимость в кулак, Вика быстро спустилась на самый нижний уровень и подошла к входу в третий коридор.

— Ты чего тут делаешь? – грозно нахмурился констебль на входе.

— Я… меня кухмайстер Финли оставила, – жалобно пропищала Вика, стараясь выглядеть как можно более несчастной. – Она недосчиталась двух мисок и сказала не возвращаться, пока я их не найду. Вот я теперь проверяю все коридоры и камеры, ищу, может, кто-то из наших забыл их забрать… или потерял где-то по пути.