Онлайн книга «КОМСОМОЛ-2»
|
— Я поняла, — сказала Хотару и шагнула к ближнему бойцу. Уши на её голове сменились на белоснежные лисьи, а из-под кимоно показались кончики хвостов. Очень опрометчиво было заявлять, что она может вылечить всех. Её жемчужная сфера* не была наполнена даже на четверть. Но на полтора десятка исцелений должно хватить. В конце концов, не могла же она уйти, не попытавшись. *Природный маноаккумулятор у кицунэ. Жемчужная сфера или звёздный шар — магический запас энергии, которую лисы берегут на крайний случай. Хотару достала из-за пояса маленькую фотокарточку Аригатаси и… вдруг поняла, что эти искалеченные, уставшие от боли люди не смогут с ней говорить. Сперва её шаг. Она аккуратно убрала фотографию, опустилась на колени рядом с бойцом, лежащим на полу просто на плащ-палатке, и взяла его за руку. Зажмурилась. Отчего-то ярко вспомнилась Индия, и как Илья Алексеевич едва не умер. Тогда они были готовы на всё. Даже отдать свои хвосты и стать простыми людьми, чтобы он выжил. Что же, готова ли она на жертву, чтобы найти Аригатаси? «У меня осталось ещё два хвоста», — подумала Хотару и поняла, что даже её мысли дрожат. Хотя зачем нужны хвосты тому, кто готов принять смерть? Спина её решительно выпрямилась, Хотару глубоко вдохнула и ме-е-едленно выдохнула, наполняя человека рядом с ней целительной энергией. — Смотрите! — воскликнул вдруг кто-то. — Смотрите! Это же волшебная лиса, как в той синема про героя-Коршунова! Она может исцелять! И вместе с этим криком в её сторону устремилась такая волна отчаянной веры в чудо, что Хотару показалось — её сейчас затопит! Скорее! Эту силу можно использовать для исцелений! И она принялась черпать энергию из бушующего вокруг моря надежды и поднимать бойцов на ноги одного за другим. А в груди росло чувство невесомости, словно она идёт по облакам… Это он? Настоящий путь бьякко?.. — Получается! У неё получается! — напряжённо сказал позади начальник госпиталя. И Хотару поняла, что он говорил это не ей, а группе бессильных сейчас целителей, превратившихся в простых врачей. И все они — и медики, и раненые — смотрели на неё с такой верой и упованием, что её жемчужная сфера начала стремительно наполняться! — Пожалуйста! — она обратилась к главному врачу и протянула ему карточку Аригатаси. — Опросите тех, кто сможет говорить. Знают ли они что-нибудь об этом человеке? Это медведь-оборотень, мой друг. Я ищу его. Мне нужна только правда. Доктор внимательно посмотрел на фотографию: — Хорошо. Мы соберём всю возможную информацию. Но она уже отвернулась и пошла по коридору, склоняясь к следующему… к следующему… ПРИПЛЫЛИ Южная Моравия, русский санитарный поезд 11 января 1948 года, незадолго до полудня Аркадий Поезд крался еле-еле, то пытаясь разогнаться, то выстаиваясь на запасных путях и пропуская гружёные техникой платформы. До городка Бранковице (до которого, если я правильно запомнил карту, было едва ли двадцать километров), мы добирались часа три, не меньше. А в Бранковице в вагон вошёл некто, двигающийся очень решительно и властно. Сапёр, заслышав эту, с позволения сказать, поступь, прекратил развлекать меня фронтовыми байками и смылся, а Зверь прислушался. — Где он? — спрашивал мужчина (скорее молодой, чем средних лет), уверенный в том, что он имеет право командовать, а остальные должны мгновенно его слушаться. |