Книга КОМ-2 (Казачий Особый Механизированный, часть 2), страница 117 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Да знаю я, не беспокойся… — Андрей Федорович достал пластинку, посмотрел, положил обратно в кармашек. — И что вы «Консервным ножом» делали?

Он посмотрел на наши вытянутые лица и вздохнул:

— Эх, молодёжь! Учить вас ещё и учить. Это артефакты грабителей банков — сейфы вскрывать! Ну так что вы с ними делали?

— Аккуратно, Ваше Императорское Величество, не наступите! Там это… ноги, которые от второго мага остались. Вот его Коршун и того, отконсервил.

Император аккуратно обошёл останки мага. Довольно прицыкнул:

— Оригинально! Весьма! Чтоб так «Нож» использовать, это да-а!

— Там ещё у двери двух так же вскрыло.

— Так значит это не экспромт, а Илья?

— Осмелюсь доложить, чистая импровизация, Ваше Императорское Величество!

— Господи, что ж ты так орёшь? Повелеваю! — я вытянулся в струнку. — В дальнейшем говорить при мне тихим спокойным голосом!

— Е-есть! — уже гораздо тише проговорил я.

САМОЕ СТРАННОЕ ЧАЕПИТИЕ

После осмотра (причём у меня создалось стойкое впечатление, что император знал почти всё заранее, и лишь создавал для нас иллюзию экскурсии) мы прошли в фойе. Трупы упырей и осколки стекла и штукатурки уже убрали, но обстановка была явно не для приёма на высшем уровне. Посреди разгромленного зала стоял такой неуместный здесь стол. Белейшая скатерть, самовар, чайные пары тончайшего фарфора и большое блюдо с печеньем. Всё как император просил. Андрей Федорович лично придвинул стульчик для Владетельной княгини, мы расселись, и император, взяв возникшую из ниоткуда пухлую папку, принялся рассеянно листать её.

— Удивительны дела Твои, Господи. Вы, господа, воистину созданы друг для друга. И я сейчас не имею ввиду матримониальные планы Гуриели, — сёстры стрельнули друг в друга глазами. — Я вот про этих шалопаев. — он кивнул на Ивана, Серго и Петра. Помолчал и добавил: — Я тоже был молод, но имейте совесть, господа. Количество ваших приключений уже перехлёстывает всякие рамки. Настоятельно прошу, — он чуть наклонился к ним, — уймитесь. Я не желаю слышать о похождениях вашей троицы минимум год. Это ясно? Тем более, что вас теперь четверо.

Так, меня, кажется, включили в список обезбашенных персон…

— Предельно ясно, — за всех ответил Иван.

— Вот и хорошо. Вот и прекрасно. А что же вы чай не пьёте? Он сегодня, — император опять наклонил голову, — чудо как хорош. «Дарджилинг». Такой, знаете, мускатный привкус. Чем-то на хорошее шампанское похож.

Вот, ей Богу, когда такой ласковый голос — это же гораздо страшнее, чем разнос! Лучше б он орал.

Все послушно отхлебнули чай. Ну как? Вкусно, конечно, но мне больше простой чёрный с молоком и мёдом нравится. Хотя я уверен, что Иван, Серго и Пётр вообще вкуса не почувствовали.

— Теперь вернёмся к нашему сегодняшнему герою, — теперь уже у меня чай в горле застрял. — Не стоит так волноваться. Проглотите, — я судорожно сглотнул. — Вот и молодец. Мы находимся в довольно щекотливой ситуации. Вас, Илья, с одной стороны стоит наказать, о чём уже есть определённый доклад, — император вынул из воздуха очередную папку. — Но нам импонирует решительность и мужество с которой вы защищали этих обормотов. Скажите, а какую награду вы бы хотели сами? Нам, право, весьма любопытно.

Я несколько секунд молчал. Мысли метались, как сумасшедшие белки. Чего просить у императора? Много попросишь — скажут: нахал, мало — обижу. А обижать императора, да за это… я сам себе голову откручу!