Онлайн книга «КОМ-10 (Казачий Особый Механизированный, часть 10)»
|
— Ещё бы я всякую гадость не ел, — сморщился Серго, но Петя его проигнорировал: — А я вот, — он стукнул себя в грудь, — доспех надел. К сожалению, единственный. Ну и вы прикроете, если что случится. Илья, сможешь ворота вскрыть? Я критически осмотрел здоровенные створки. — Смогу, наверное. Отойдите чуток. И принял облик. — Ой, мать твою, какой здоровый! — прошелестело справа. — Урядник Степанишин, два наряда! — оттуда же. — Есть, два наряда… Кажись, казачки впечатлились. Но в ворота я в нынешней своей кондиции и правда не пролезу. Только ежели плашмя? Я присел на задницу перед воротами и выдвинув один коготь тремя взмахами вспорол железную створку. Впрочем, мы с Зверем постарались сделать аккуратно, и прорубили что-то похожее на неровную калитку. Так-то воротина ещё может понадобиться. А тут заклепал — и почти как новая. — Ух ты как ты теперь можешь! — восхитился Витгенштейн, и тут же поддел: — Это тебе не крыши с дойчевских шагоходов срывать! Тут точность нужна. — Иди ты, Петя! — я скинул облик и поднял пулемёт. — Пойду, куда денусь, все втроём пойдём, — невесело ответил Пётр и шагнул в темноту. Ну а мы за ним, куда деваться-то, действительно? Тем более, что жуть как захотелось посмотреть на знаменитых вампиров. Ага, жутко захотелось посмотреть на жутких вампиров… Отставить унылый юмор! Захотят нас съесть — подавятся! Я подбросил вверх небольшой огонёк, чисто для освещения. Поскольку все лампы были разбиты. Вот все, поголовно. ДИТЯТКО Кто-то прошелся и аккуратно выжег плафоны. Почему выжег? Так ни одного осколочка под ногами не хрустело, а все светильники, словно смятые леденцы… И вступило же кому-то именно магической дурью всё это расхреначить… Впереди, на грани Звериного слуха что-то двигалось. Мы с Серго одновременно схватили Витгенштейна за плечи. Багратион ткнул вперёд рукой и показал три пальца. Три? Я слышал минимум пятерых… Дернул Петра за плечо, покачал головой и ткнул ему раскрытую пятерню под нос. А дальше Петя удивил меня прям сильно. Он вырвался из наших рук и зло прошипел: — Да не крадитесь вы! Конспираторы хреновы! Те, кто нас тут ждут, уже всё услышали! — а потом повернулся в сторону уходящего в глубь сопки бетонного туннеля и проорал: — Слово и дело государево! Предлагаю вам сдаться на милость российской империи! Голос Петра ушёл словно в огромную подушку. В ответ из мрака тоннеля пришла сперва тень звука — еле слышная, словно где-то вдали сыпался из дырявого мешка тонкой струйкой сухой песок. Звук набирал силу, сливаясь в слова: — Та-а-а? Сдаться-я? — Какой мерзкий шипящий голос. И, казалось, идёт со всех сторон. Неприятно, прямо скажем. Зверь внутри меня недовольно заворочался и рыкнул. И как-то мгновенно легче стало. Ишь, пугать они меня вздумали! Я вас, кто вы тут бы ни были, сам так напугаю — неделю ссаться в кроватки будете, успокоительные себе нашёптывая! Впрочем, на Витгенштейна этот голос никакого впечатления не произвёл. Хотя у него никакого Зверя внутри не было. Может, нервы покрепче, может, воспитание княжеское, а может, магические руны на доспехе помогают, кто их, князей, разберёт? — Именно! Сдавшимся будет обеспечен гуманный и справедливый суд! — С-с-справедливый? — А кажись ближе голосок-то… Я поудобнее вскинул пулемёт и направил его на темноту туннеля. |