Книга КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11), страница 110 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Ещё раз, хотелось бы услышать ваши предложения. Особенно рад видеть среди вашей делегации племянника русского императора, великого князя Ивана Кирилловича.

Мы переглянулись. Я уже начал готовить боевые заклинания и щиты, по любому щас с боем уходить будем, однако Капак Юпанки в примирительном жесте поднял ладонь.

— Не нужно агрессии, господа, — его скрипучий голос уже действовал мне на нервы, несмотря на слова. — На вас никто не будет нападать. Если он в своём уме, конечно. Вы столь успешно перебили две группы нападающих, что, боюсь, приобрели у нас на родине немалое количество поклонников. Особенно среди молодёжи. И особенно вы, ваша светлость, Илья Алексеевич.

— Я? — это всё, что мне удалось выдавить из себя.

— Конечно! Когда смотришь за вашими похождениями в том… — он обернулся к дочери, — как это? Теаре?

— «Театре», — подсказала та.

— А! В театре! Или ампутация ног у бабушки нынешнего императора! Это же превосходный образец использования силы противника на нём самом!

— Я не совсем понимаю, почему вы так открыто и громко восхищаетесь врагом? — не выдержал Витгенштейн.

— Ой, не смешите меня. Вы всё прекрасно понимаете. Родственников у Инка, — он так и произнёс это слово, с большой буквы, и слегка поклонился, показывая, что он, видимо, тоже королевской крови, — великое множество. И если кто-то слегка уменьшит их количество, то почему нет? — совсем по-детски хихикнул старик.

Он вольготно откинулся на подушке и сунул в рот какой-то жёлтый шарик. Фрукт или сладость — я не понял.

— Нападение на вашу базу было фатальной ошибкой. У командира, который оказался там со своим отрядом, была совсем другая цель. Слава Солнцу, вы, — он слегка поклонился мне, — исправили его досадный промах и избавили меня от необходимости подвергать неудачника взысканию.

— Именно я?

— Вы должны его помнить. Вы же так изящно вскрыли ему грудь своим заклинанием! Я не совсем понял — как, но это было впечатляюще. Мои поздравления! Так обойти его защиту! Красиво.

Это он про того, которого Мидзуки прогрызла? Я изо всех сил старался думать молча. Вместо этого, подбирая слова, сказал:

— Какая занимательная тема… Вы так много знаете о нас… Подробности и мелочи, — я внимательно посмотрел на старика, — которым не осталось живых свидетелей. А мы даже не знаем — каким образом вам это удаётся?

Старик рассмеялся:

— В знак доброй воли, тем более что я верю, вы в этом непременно разберётесь самостоятельно и в ближайшее время… — Он поднял одно из перьев, свисавших с его прически: — Вот смотрите… — и бросил перо в очаг. А над огнём появилось объёмное изображение того, как мы заходим, как нас встречает старик, как девушка отходит в сторону, присаживается… — Понятно?

— Артефакт мобильного слежения? Обалдеть, — честно ответил Витгенштейн. — А я-то думал… — он запнулся. — Так вот почему вы каждый раз так настойчиво просили вернуть тела ваших павших!

— Именно, — кивнул старик. — Мы видели почти все ваши столкновения с нами. Только, — он цепко вгляделся в наши лица, — люди-звери в облике, были сильно меньше. Я даже не признал вас… Думал — личные питомцы княжеского окружения. Как бы напоминание о друзьях — волк и медведь. Я ошибся. И это, в виде исключения, приятная ошибка. Итак, ваши предложения?