Книга Маша и Медведь 3, страница 51 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Мать моя магия, что творится…

А ещё у меня было такое чувство, как будто я этого Леонида где-то видела, а где — забыла. Не в психбольнице же? Я тряхнула головой. Нет! Однозначно — нет!

Может быть, на том спортивном мероприятии у артиллеристов? Кого там только не было. Особенно на футболе, уж там такие толпы сидели и бродили! Есть вероятность, что пока я в поисках работающего мага ряды болельщиков осматривала, и его лицо тоже увидела. Надо будет его спросить, не был ли он в числе гостей.

— Скажите, Леонид, вам не приходилось бывать я Якутии? — спросила в это время Маруся. — Ваше лицо кажется мне смутно знакомым. Быть может, мы виделись мельком?

Вот! И Маруся туда же! Точно, где-то мы его видели!

Что отвечал новый подружкин ухажёр (да, давайте смело расставим точки над ё!), я не расслышала. Но судя по интонациям парочки, оба уже сожалели, что судьба не свела их в этой самой Якутии, и перебирали другие возможные варианты.

Сферы небесные…

До пещеры мы добрались через полчаса. Вроде, не так уж и далеко, а всё вверх, да по крутым тропинкам, по валунам, да по осыпям.

— Если там такое важное место, почему бы не сделать дорожку поудобнее? — пропыхтела я после очередного подъёма.

— Может, потому и не сделано поудобнее, чтобы лишний раз туда не ходили, — возразил Баграр. — А, может, создатель этого острова был склонен к преодолению трудностей.

Я фыркнула.

— Скажи ещё, что он был романтической натурой и любил прогулки по живописной местности.

— Почему бы и нет? Пожилые сверхмощные маги — они, знаешь ли, обрастают по жизни кучей занимательных причуд.

Вход в пещерку не был перекрыт ничем — просто небольшая площадка, полукруглый проём, а дальше — расширяющееся пространство. Впрочем, полагаю, что Бриарей способен был защитить свою сокровищницу от любых непогод — запечатать целиком, и вся недолга.

Внутренняя поверхность стен казалась полупрозрачной и красиво поблёскивала золотистыми искорками. Даже если это просто крошечные чешуйки слюды — всё равно очень славно. Стены, переходящие в свод, вроде бы не имели особенных разграничений, но визуально делились на четыре части, слегка отличающиеся по цвету. Посредине каждого из секторов имелась «табличка» — на самом деле просто более выглаженная примерно прямоугольная поверхность, испещрённая значками, перерисовку которых мы видели в блокноте местного писателя.

— Итак, господин Баграр, — оживлённо, словно на академическом диспуте начал профессор Попов, — что вы можете сказать о природе данных надписей? Сделаны ли они древними людьми? Или, — он слегка усмехнулся, — современными?

— Ни то и ни другое, — Баграр внимательно рассматривал надписи на всех четырёх «табличках». — Это система взаимосвязи, которую некогда создатель острова предусмотрел для тех, кто, по-видимому, должен был управлять действиями сего объекта. Однако, я не вижу здесь центрального… э-э-э… управляющего пункта. Ведь эти четыре плитки — не всё, что вы видели? На зарисовках мелькала какая-то конструкция по центру

Старожилы переглянулись. Профессор Попов потёр подбородок:

— Ранее посредине пещеры мы наблюдали подобие длинного… как бы сказать… алтаря, наверное? С установленной поверх шкатулкой.

— Вы можете указать более точное место?

— Да. Вот тут, ровно по центру, — профессор обозначил шагами и руками примерные размеры исчезнувшего каменного возвышения.