Книга Пожарский 2, страница 63 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

*Василиск — мифологическое животное

с петушиной головой

и часто — змеиным хвостом

с ядовитым жалом.

Прочие детали описаний

существенно расходятся.

Василиск мне понравился. Довольно рослый — голова, пожалуй, над столом окажется, мощный (и, между прочим, зубастый) клюв, чуть заломленный набок гребень (тоже позолоченный). По телу перья шли редко, зато между ними проглядывали крупные, с монету, листовидные чешуйки. И вместо петушиного хвоста — как положено, змеиный, угрожающе задранный, так что длинный ядовитый шип завис почти над самой василисковой головой. Не вполне птичьи крылья намекали на то, что внешнее сходство в петухом — скорее случайность, чем признак родства.

— Хорош! — оценил я. — Возьмём. И мелких дракончиков дюжину.

Пока мы протискивались к большим драконам, которые при ближайшем рассмотрении оказались двумя вивернами* (не такими уж и большими, на самом деле, всего-то в рост человека), нашли ещё нескольких довольно крупных волков.

*Виверна — разновидность дракона

с двумя крыльями и одной парой лап.

Часто (как и василиск,

что наводит на мысли

об их родстве)

изображается со змеиным хвостом,

иногда имеющим ядовитое жало.

Может вырастать

до четырнадцати метров.

«Кузь, тебе не кажется, что морды у них подозрительно знакомые?»

«Есть немного…»

— Этих вы тоже продаёте?

Дед пожевал губами:

— Это очень старый заказ. Я взялся за него по старой памяти, но…

— Заказчик больше не появился?

— Можно и так сказать. Видите ли, я не могу вам их продать. Только отдать просто так. Но если… — дед, казалось, колебался.

— Если?..

— Если они согласятся пойти с вами.

Я обернулся к бронзовой группе.

— А ведь они сидели слегка иначе.

— Приглашая их к себе в дом, вы должны быть к этому готовы.

— Дайте я угадаю. Этот исчезнувший заказчик, он дал вам нечто — набор небольших предметов, которые вы поместили в каждую форму, прежде чем отлить фигуру?

Лавочник посмотрел на меня очень серьёзно:

— Я не могу вам этого сказать.

Да всё, можно уже и не говорить. Я подошёл к насторожившейся стае, протянул вожаку руку, чтобы он мог обнюхать. Сказал очень тихо, на грани слышимости:

— Я, конечно, не так красив, как ваш прежний хозяин. Но с моим прародителем тоже бегала пара непростых волков.

Вожак потянулся к моей руке и хрипло ответил:

— Я чувствую это. Гораздо ближе, чем ты хочешь показать.

Готовы говорить — уже неплохо.

— Как тебя зовут?

Волк издал звук, больше всего похожий на «Хаарт».

— Итак, Хаарт, я могу забрать вас отсюда. Моему дому и клану нужна защита, и для вас найдётся дело получше, чем изображать болванчиков на потеху зевакам. Но у меня есть условие.

— Какое? — вожак чуть склонил голову.

— Обычное. Клятва верности. Я бы не хотел иметь под боком банду, которая может вдруг захотеть действовать против меня.

— Но если вернётся хозяин…

— Если он вдруг вернётся раньше, чем я думаю, мы снова соберёмся все вместе, и вы честно скажете мне — или моему преемнику — что вам пора уходить.

— Некоторые из нас считают, что лучше дождаться здесь.

— Возможно. Передай этим некоторым: Аполлон погиб в Великую Войну. Поэтому он не мог прийти за вами. Боги, понятно, не умирают навечно, но я не думаю, что Аполлон сможет вернуться сюда в ближайшую тысячу лет.

Кузя потёр ухо, и я тоже это почувствовал — в воздухе словно разлился тонкий писк, тоньше комариного. Интересно, это они так общаются меж собой?