Книга Пожарский 3, страница 15 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

А лиса, кстати, больше на глаза не показывалась. То ли затаилась, то ли сестрёнки отказались от её наставничьих услуг, то ли вовсе её домой отправили…

НИППОНСКОЕ

В один из дней в ворота ниппонского посольства въехал серый автомобиль с зеркальными стёклами. Он остановился напротив центрального входа, водитель поспешно выскочил, открыл дверь, и подождал, пока белое туманное облако полностью покинет салон. Облако немного помедлило на крыльце и втянулось в распахнутые входные двери мимо почтительно склонившегося служащего.

Сухощавый седой старик с видом судьи сидел на почётном месте в кабинете посла и смотрел на трёх стоящих перед ним девушек. Нет, неправильно. Нужно перестать думать о них как о девушках. Трёх женщин.

— Я хотел бы понять: почему мне пришлось преодолеть все эти тысячи ступеней вниз ради беседы с вами тремя? Каждая из вас знала, в чём состоит её главная задача. И вот я получаю трясущуюся запись, на которой вы трое орёте, как бешеные кошки. Кажется, дальше воспоследовала драка, но, к сожалению, запись на этом оборвалась. Не изволите ли объясниться? И прежде всего: почему на ней ошейник? — Хэби ткнул пальцем в лису.

Та дёрнулась, как от пощёчины. Сатоми поморщилась, припоминая подробности того дня и холодно ответила:

— Я заковала её, Хэби-сама. Кицуне Каэде совершила жест, граничащий с предательством, и я приняла это решение, чтобы она не могла сбежать, пока ожидает суда.

Хэби вгляделся в лица. Все трое осунулись, особенно Момоко. Почему она пострадала сильнее, чем обвиняемая лиса? И почему так плохо выглядит её внутренний план? И как строгой принцессе удалось надеть адамантиевый ошейник на кицунэ⁈

— Рассказывай, Сатоми.

— Это произошло вскоре после того, как кицунэ Каэде провела ночь с местным змеем и заработала за это пятый хвост, — Хэби бросил быстрый взгляд на лису. — Действуя из непонятных побуждений, Каэде потребовала, чтобы Момоко пришла в комнату, приготовленную для свидания с этим змеем, и предложила ему с ней переспать. Она даже не посоветовалась с нами. И не предупредила Момоко.

— Она озвучила мой запрет! — отчаянно выкрикнула Момоко. — Прямо озвучила! И он ПРЕНЕБРЁГ мной!

Хэби произнёс несколько древних слов, которые обычно не говорят при женщинах. Вот почему девочка так просела! Вся её внутренняя магическая структура была заточена на привлекательность. Принцесса Момоко должна быть желанной — иначе она будет терять в силе. И любой резкий отказ…

— Если бы ты не начала со мной спорить! — не менее отчаянно выкрикнула Каэде. — Нельзя бежать вслед душевным привязанностям! Я привела тебе мужчину, которому твой мальчишка и в подмётки не годится! У него двенадцать боевых голов! Да если бы у меня было двенадцать хвостов, боги бы содрогнулись! У тебя был шанс взлететь на невообразимую высоту! Если бы ты хотя бы улыбнулась этому архимагу!..

Архимагу⁈ Хэби вскочил:

— Каэде, ты совсем дура?!! — от этого вопля все три женщины замолчали, как крышкой прихлопнутые. — Отказ, произнесённый архимагом — он должен был обрушить её…

— До единичных значений, — очень серьёзно сказала Сатоми, а Момоко бессильно заплакала. — То что вы видите сейчас — плоды месяца сумасшедших усилий. Хорошо, хотя бы князь Пожарский не отказался от встреч.