Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 2»
|
ИЮНЬ РАДУЕТ Прежде всего, от предыдущего июня этот отличался тем, что мама не поехала на сессию. Как-то там это оформлялось, или уж по-хитрому как-то договорились — я не знаю. Но академ она брать не стала, часть контрольных и прочих письменных работ отправила по почте, а остатки сессии должна была сдать зимой. У них с Женей образовался план (уж не знаю, насколько гениальный), поехать вместе. Как раз он должен был вторую часть своего отпуска использовать. Ну и чтобы, типа, пока она носится сдаёт экзамены — он с Федькой дежурит. Зашибись идея, конечно. Но мы же не боимся трудностей… Неожиданно (я уж думала, ничего не произойдёт) пришёл номер «Костра», по центру которого была вставлена настолка-карта по «Железному сердцу». Предваряла эту публикацию небольшая, но греющая сердце заметка о том, что в редакцию приходит множество писем от читателей с просьбой о продолжении приключений мальчика Пети. Был ли это намёк для меня или у них просто место в номере осталось? Нет, если «Костёр» таким образом даёт понять, что готов и дальше меня печатать — отлично вообще! Тем более, что я и так уже вовсю продолжение пишу — от первой книги осталась пара не вошедших эпизодов, к ним постепенно прирастали события, треть книги есть. Надо форсировать, пожалуй… Следом пришло письмо от деда Али. Писал он, что чувствует себя отлично, сердечные боли прошли, а для здоровья он каждый день проходит бодрым шагом по пять километров до Сенежа и обратно. А ещё в конверт был вложен договор от «Роман-газеты» — офигеть!!! Книгу предложили разделить на два номера, как я и предполагала. Некоторая сложность оказалась в том, что нужно было приложить пару своих фотографий. Мдэ… Как среагируют читатели на автора с бантиками? После некоторых терзаний я решила дурака не валять и предпринять решительные действия. Дождавшись дня, когда все наши дружно собрались на дачу, я осталась под видом необходимости срочно поработать с печатной машинкой. У меня была коробка цветных карандашей «Кедр», из которой я извлекла красный и чёрный карандаши, и «Вазелин косметический» для блеска. Губ, конечно, не лица. Карандаши красили так себе, но послюнявив, можно было добиться относительно приемлемого эффекта. Я нарядилась в строгую чёрную водолазку и подходящую к ней тоже строгую юбку (видно не будет, но мало ли), распустила косы и слегка подвила концы волос мамиными термобигудями, которые положено было разогревать в кастрюльке с кипятком, нарисовала аккуратные стрелки, подкрасила губы и почапала в фотосалон на Сеченова. Особой удачей оказалось, что я не встретила никого из знакомых, а то разговоров бы сразу… В фотосалоне сидела знакомая фотографша, только совсем ещё молодая. И по случаю утра было пусто. — Здрассьте! — сказала я с порога. Она слегка наморщила лоб, глядя на мой макияж. — Мне нужно сделать фотографию для одной газеты, — почти не соврала я; пусть думает, что это какая-нибудь стенгазета школьная. — Нужно, чтобы я выглядела взрослой. Образ такой. Взрослая девушка, немного романтичный и такой, знаете… задумчивый стиль. Давайте попробуем? Можно два, три варианта. И каждого по две штуки. — Для газеты — сделаем! — бодро сказала фотографша. — Вон туда, на стульчик присаживайся. В советские времена художественная фотография была — это вам не хухры-мухры! Идеально выставленный свет, поворот головы, да как подбородочек поднять, чтоб лучше было, лёгкая полуулыбка… |