Книга СССР: вернуться в детство 3, страница 111 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

В «Тысяче мелочей», как всегда, толклась масса народу. Я прям почувствовала исходящий из магазина жар. Крыльцо кипело двумя нескончаемыми потоками — втекающим и вытекающим…

Кому, интересно, пришло в голову впихнуть под одну крышу совершенно невпихуемое? Или руководящим здесь товарищам слава Московских ГУМов-ЦУМов покоя не даёт? Длинный торговый зал был уставлен прилавками, разграниченными на множество отделов. Тут тебе и посуда, и лампы-светильники, и тёрки-жестянки, и какие-то электрические детали… Посередине оставался довольно широкий проход, но учитывая, что по обоим краям его бурлили то́лпы покупателей, двигаться побыстрее можно было только по самому центру, как по своеобразной стремнине. А ещё здесь было душно. В глазах у меня рябило от предметов и людей.

— О! Вова, смотри!!!

Я колом остановилась посреди магазина, немедленно получив толчок от тётки, которая, как и мы, тоже хотела побыстрее промчаться через «Тысячу мелочей» до нужного ей места. А тут — я. Я решила не создавать затора и решительно двинулась к прилавку.

— Платок хочешь? — не понял Вова.

Под стеклом витрины лежали сложенные квадратиками небольшие платочки и косынки. А вот внутри прилавка по трём огороженным сторонам висело сплошное павловопосадское роскошество — шерстяные платки в розах, постепенно увеличивающиеся в размерах, прямо как матрёшки.

— Я вот подумала, Вова.

— Представляю, как тебе тяжело!

— Эту фразу мы проигнорируем. Так вот. У нас есть две бабушки…

— У моей, по-моему, есть платок.

— У моей — тоже. Чёрный*. А тут, глянь, какая красота!

*В смысле: розы

на чёрном фоне.

А тут были и на белом,

и на красном,

и на синем с зелёным!

Платков было много, и продавщица вытаскивала из коробок и подкалывала булавкой к рогожке всё новые и новые. Повернулась в очередной раз и увидела нас:

— Вам чего, ребята?

— Мы хотим платки. Две штуки, — ответил Вова. — Вон те, большие сколько стоят?

— Тридцать один рубль, — сочувствующе сказала тётя.

— Выпишите два.

Кассы, как положено, находились отдельно от прилавков — две или три на весь магазин — и туда стояла отдельная очередь.

— Зачем это вообще так придумано? — бухтела я. — Касс, что ли, не могли побольше наставить?

Раздражала меня эта схема, честно скажем.

— Может, идея была пресечь спекулятивные схемы или банальное воровство? — предположил Вова.

— А что, продавец не может вступить в преступный сговор с кассиром? Или кассир тупо не может украсть?

Стоящая впереди нас тётка удивлённо оглянулась и смерила меня быстрым взглядом. Я отвернулась в сторону. Мужик у соседнего прилавка выбирал ванночки для проявки фотографий. А дальше…

— О! Часы!

— Точно, давай тебе купим, — согласился Вова. У него-то часы были, «Слава», специальные такие, в дизайне для школьников, с очень красивым переходом тона и корабликом на циферблате.

— Я вообще-то деду хотела предложить подарок купить.

— Да у него есть часы.

— А эти будут от тебя!

— Давай сперва с платками разберёмся.

— А чё там разбираться… Чёрные у бабушек есть, белый — сильно марко, красный — девчачий цвет.

— Остаётся синий и зелёный?

— Ну! Одной такой, другой такой. А то встретятся где-нибудь одинаковые, как народный хор.

Мы оплатили, получили платки и пошли в часовой отдел. Часы были разные, вплоть до напольных и с кукушкой (как люди договариваются с этой кукушкой, чтоб она ночью не орала — я ума не приложу…), детские, опять же — с какой-то лисичкой, я и не знала, что такие бывают.