Книга СССР: вернуться в детство 5, страница 66 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

«Бронко» пёр впереди, не снижая скорости. И так и просвистел мимо, не притормозив хотя бы для того, чтобы сказать: «Добрый день!» Тётка-пограничница даже бровью не повела.

Хрен знает, может это его двоюродная тётушка?

Я прибавил газу и пролетел мимо означенной мадам, также не вызвав в её лице никаких эмоций. Вау! Половина квеста выполнена!

От переизбытка чувств я продолжал разгоняться, обогнал форда и здорово от него оторвался. Летел и хохотал, и выкрикивал что-то типа: «У-а-а-а-а-а-ас-с-с-с*-ка-а-а-а-а!» И километров двадцать гнал. Потом съехал на обочину, выскочил из машины и снова хохотал, сгибаясь и упираясь руками в колени. Попил колы из запасной бутылки. Отдышался немного.

— Так. Ладно. Это была Канада. Остался второй.

Второй пропускной пункт должен был находиться отсюда километрах в десяти, где-то так.

Я снова сел за руль и потащился потихоньку, как престарелая черепаха. Минут через десять, как я и предполагал, в зеркале заднего вида замаячил «Бронко». Я снова прижался на обочину и остановился — мало ли, вдруг он вежливый такой, постесняется меня обогнать. А чтобы этот форд за мной тащился, мне такого не надо. Мне надо, чтоб наоборот.

Однако дядька на форде остановился рядом со мной, опустил окно и давай интересоваться: юокей я или ноу?

— О-кей, окей! — пискляво уверил я и начал пить колу, помахивая рукой, мол, езжай.

Мужик явно сомневался и подозревал, что я не в порядке, но поехал. Я подождал, пока он удалится за ближайший поворот и тронулся следом.

Через пару километров на дороге показались сооружения. Не то что бы масштабные — огороженный штакетником деревянный домик на пригорке (не как наша избушка, а такой, обшитый досками и покрашенный масляной краской), и два прилагающихся к нему шлагбаума. Причём, тот, что со стороны США (на въезд в Канаду), стоял открытый. А тот, что на въезд теперь уже в США — извините… По ходу, принцип у них такой — что с той, что с другой стороны проверять только въезжающих. Ещё и дорога в этом месте делала хорошую такую петлю — видать, специально, чтоб не разгонялись.

Хреновое дело…

С другой стороны, можете выписать мне штраф за езду по встречке…

«Бронко» притормозил у шлагбаума, и из боковой двери домика, почёсывая шею, показался американский пограничник. Я тоже начал притормаживать, вроде как намереваясь пристроиться в очередь на проверку. Уже подъезжая, прибавил ходу, вильнул на встречную полосу, выписал зигзюг вокруг хитровыдуманных амеровских шлагбаумов и втопил педаль в пол.

На автомате отфиксировал вытянувшееся лицо пограничника, который, нога за ногу, не успел ещё до форда-то добрести — и помчал по трассе.

Нас не догонят!

Адреналина я хапнул, просто выше крыши! Летел, хохотал, песни орал дурацкие. «Небо уронит ночь на ладони! Нас не догонят! Нас не догонят!»

Еле как успокоился, но сердце в горле долбило всё равно. Проскочил!

Проскочил, с*ка!!!

Теперь шестьсот с хвостом километров до Анкориджа, и можно будет на месте думать: купить какую-нибудь задохлую моторку — или катер угнать с капитаном на борту, чтоб доставил меня до Берингова пролива. Сам я от Анкориджа через океан… не знаю даже. Если совсем прижмёт.

Местность вокруг дороги была совершенно пустынна на многие десятки километров. Потом мелькнул городок — я даже останавливаться не стал, наоборот, прибавил газу. Кто его знает, не позвонил ли этот погранец куда? Мог, конечно, и не позвонить — это ж его косяк, правильно? А кто у нас добровольно на взыскания нарывается? Нигде дураков нет, а на человека долга и чести он как-то не сильно был похож. Но кто знает, кто знает. Рисковать не хочу.