Онлайн книга «Записки кельды, часть 1»
|
Мы с Мариной остались помогать на кухне. Через полчаса прибыла первая тачка с уловом. Ну, красивая рыба, крупная, прямо отборная! Ох, какие щуки! Попросить, что ли, Валю пожарить? Щуки жареной охота, шопипец. Это, конечно, караул — на такую толпу жарить. Но хоть разок… Соберём все сковородки. Вон помощниц сколько, пущай учатся. Я достала рыбную доску с прищепкой и засела чистить. Кстати, делюсь лайфхаком: щука отлично чистится металлической сетчатой кухонной губкой. И шкуру не рвёт, и отчищает до нуля без особенных усилий — даже это противное плотное место сразу за башкой и тонкое брюхо. Пользуйтесь! Я героически взяла на себя щук. Вот люблю эту рыбу — и жареную, и копчёную, и даже солёная она вкусная, но чешуя, блин, самая противная. Противнее только ерши, с этими я сказала вообще ко мне не подходить, а лучше сразу их назад в реку кидать. Чешуйки плотные, колючие и склизкие до невозможности. Бр-р-р! Мужики всем гуртом решили сегодня кинуться на вторую башню да на доделку погреба. Вова с утра таскает брёвна с делянки. Ещё четверо помощников — те заготовки, что помельче, бригадой. От топоров стоит такой весёлый тюк на всю округу! Я бодро ширкала сеткой по рыбьей спине. За монотонной работой легче думается. Мужиков-работников у нас прибавилось почти что вдвое. Сила! На стену взрослые уже не нужны. Северную башню достроят — острог, считай, готов. Погреб есть — уже проще. Надо ещё мост, чтобы с повозками нормально можно было ездить. Ну в самом деле! Рыбы вон сколько! Мы столько не съедим, без ледника попортится, даже в погребе. Значит, надо продавать. Вову, что ль, без конца гонять? Так бы погрузились трое-четверо мужичков… Чья-то тень загородила мне солнце. — О, щука! Пожарим? — Вовка! Он наклонился, поцеловал меня в шею, вкусно пахну́в свежесрубленным деревом. — Да вот хочу Валю озадачить. Ты куда? — На нижней делянке ещё двадцать брёвен под башню заготовлено. К обеду хочу управиться. — Ну, давай! Не успела я разделаться с первой партией, как принеслась Мария-Маэтрил и прикатила ещё тачку рыбы. Одни щуки, здоровые, как поленья! — Так девки! Давайте двух-трёх помощников на чистку! Не вывезем. — Ладно! — Маэ тряхнула голубой чёлкой и умчалась, громыхая тачкой. Из помощников первой пришла Даша. — Ну ты чё, мать? Опять на чувство долга тебя девки взяли? — Да нет, — Даша засмеялась. — Мы считалкой посчитались. Сейчас ещё девчонки придут. — Считаются? — Ага. АКТАШ ВСПОМИНАЕТ, КАК ЛАЯТЬ Ближе к обеду я поняла, что нет уже больше сил смотреть на эту рыбу, и слиняла под предлогом позвать ребятишек, выкапывающих саженцы лиственничек недалеко от брода, на обед. Мелкие лазили по подлеску, время от времени тюкая лопатками. Акташ, умотанный интеллектуальными собачьими упражнениями, спал в тени куста. Андле, как всегда сопровождавшая детей, стояла на протоптанной уже к броду тропинке и смотрела на другой берег из-под руки. Я подошла, встала рядом и тоже уставилась в ту сторону. — Ты чего тут? — Да не пойму… — тополино-зелёные глаза смотрели непривычно тревожно. — Барон прошёл, сказал последнее бревно возьмёт и пойдём на обед — и нет — и нет… Разросшиеся по противоположному берегу кусты ивняка не давали увидеть происходящее на делянке. В животе от чего-то стало холодно. |