Книга Пока летит монета, страница 69 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Папа! Папа!!! Там человека убивают! Туда!

Барон рванул в указанную сторону. Главное — успеть, а там разберёмся. Подорвавшиеся бойцы бросились за ним.

ДОХОДЯГИ

Надсмотрщики гнали рабов к месту ночёвки, помогая себе тяжёлыми плётками. С утра хозяева объявили голодный день и велели никого не жалеть. Значит, кто-то должен умереть. Колонна запинающихся, еле передвигающих ноги людей тащилась всё медленнее, не смотря на обжигающие удары. Вот бредущий последним парень осел на колени и начал заваливаться вбок. Но упасть ему не дали. Подскочив с нескольких сторон сразу, погонщики начали наперегонки хлестать его, разрывая кожу, выдирая куски плоти… Остальные сборщики продолжали медленно брести по тропе, упираясь в землю пустыми глазами.

Барон врезался в свору остервенело работающих кнутами уродов, как танк. Вот теперь он не сдерживался! Первая голова с вырванным куском позвоночника отправилась в последний полёт…

Мы вечерничали в Серебряной Гавани, у баронского дома. Костровые посиделки потихоньку превращались в местную традицию, а кроме того — любой знал, где после ужина найти кельду, даже если весь день она неуловима. Ваня, видимо, рассудил так же, потому что светящееся голубым окно открылось прямо у крыльца. Сын, похоже, нервничал — рамка портала дрожала и подмигивала.

— Мама, скорее! Человек умирает!

Сидящая рядом Рагнейд вытянула шею и вскрикнула:

— Папа!

Я отдала няне Ярика:

— Держи, постараюсь часа через три вырваться! — и прыгнула в мигающее окно. За мной торопливо проскакивали телохранители.

Ну, крандец, товарищи. Парень был ещё жив. И будет жив, конечно — я же пришла. Но от нехороших слов я едва удержалась — и то только потому, что сыновья были рядом. И Рагнейд. Тоже прыгнула за мной, дурёха, и теперь ревела, глядя на кровавую мешанину у нас под ногами. Человек был порван на лоскуты, кишки частично вывалены наружу, глаз вытек, и в распоротую щёку торчали зубы… Картина, в общем… К тому же вокруг всё было усеяно кусками других людей. Вероятно, нехороших, поскольку никто о них не переживал.

— Стоп, не реветь!!! — вот муштровка у викингских детей(!): сразу выключила фонтан, только глазами хлопает да носом шмыгает, — Раз уж ты решила помочь — а ты же помочь решила? — Девочка торопливо кивнула; боится, что ли, что выгонят? — Ну вот, и будешь мне помогать. Будем развивать твой дар целителя, а сделать это можно только практикой. Сперва будешь смотреть, поняла? Общий транс. Блин… Мужики! Нам надо что-то, чтобы в кровавые лужи не садиться. Хоть овчину или скамейки. Или хотя бы травы́ побольше. Принесите, а?

Получив команду, бойцы бросились выполнять. За две минуты нам соорудили прямо-таки королевские травяные перины. Учитывая, что это была отборная конопля, стоимость наших лежанок приближалась к ценам Рублёвских магазинов.

Я И РАГНЕЙД — КОМАНДА-УРАГАН

— Готова?

Рагнейд испуганно кивнула. Боевое крещение, типа.

— Ну, поехали. Внутри будет совсем не страшно.

Внутри, и правда, было совсем не страшно, о чём мне сразу радостно сообщили.

— Запомни, детка: кельда никогда не врёт! Ну, смотри: видишь вот это тёмное пятно…

Случай и вправду был тяжёлый, сложный и выматывающий. Ещё и крайнее истощение. И длительный психологический шок. Моя помощница совсем притомилась, и я решила дать ей чуть-чуть поспать — пусть восстановится. Глаза открывать не хотелось.