Книга Дороги, которые..., страница 116 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Олега держи! — О, и Олег здесь.

— Голову, голову! — Видимо, головы всем оторвут… Не свезло…

Перед глазами замаячили цветные пятна, которые начали оформляться в картинку. Эту девушку помню.

Рут сердито трясла пустыми бутылками.

— Два литра! Два литра на нос! Ты хоть знаешь, что полтора гарантированно считаются смертельной дозой, а?

— Ой, какая ты красивая…

Рут сердито сощурилась:

— Только попробуй помереть! Я… Я тебе голову откушу!

— Я согласен! — Палыч закрыл глаза.

— Ну вот! Я, значит, за противоядием бегаю, а красивая — она.

Палыч не мог открыть глаза. Сил не было.

— Лизонька, солнышко, ты тоже очень красивая. И Тиша очень красивая. Все три. Девочки, вы о-бал-денные, я не готов отказаться ни от одной из вас. Это я вам, пока пьяный, говорю. Значит — правда. А Марина — ангел. Я помню, она меня оживляла. Я ещё тогда на шкафу сидел.

Тиша фыркнула и пошла выносить бутылки.

МАЛЫЙ СОВЕТ

Тот же день, Новая Самара, трактир

Денисовский отряд

Отцы-командиры, протрезвевшие, умытые и несколько сконфуженные сидели за столом. Марина сердито прохаживалась по комнате:

— Упиться насмерть, скажу я вам — не самый оригинальный способ самоубийства.

— Ну Марина-а… — протянул Сок.

— А вы, Дмитрий Алексеич, постеснялись бы! Вы же всё-таки врач, — пере-дразнила она его.

— А ты откуда знаешь это имя?

— Ты мне сказал, пока пьяный был.

Сок покаянно вздохнул:

— Ну ладно, девочки! Это ж саламандра! Ей невозможно насмерть упиться.

— Это почему? — Марина подозрительно сощурилась.

— У него встроенный магический блокиратор. Как только доза приближается к критической — вырубает и всё. Проснулись бы завтра, как огурцы…

— М-м-м… — задумчиво протянула Рут, — а если какая-нибудь добрая душа в этот момент тебя напоит другим алкоголем — что будет? Тоже не полезет или как?

— На этот счёт я что-то… Не знаю, если честно, — Сок поёжился. — Даже не предлагайте, пробовать не буду.

— Так, девочки, — Олег решил взять беседу в свои руки, — Наши переговоры зашли в тупик. Если вы всё выяснили про выпивку, то теперь моя очередь спрашивать. Сейчас я, во-первых, хотел бы узнать про ваше участие в сегодняшнем событии: что это за свойство, как оно проявляется в повседневной жизни, несёт в себе угрозу в быту или нет.

Рут посмотрела на сестёр:

— Я буду говорить, поскольку я старшая, согласны? — Тиша и Лиззи кивнули, — Свойство у нас врождённое, от папы. Он — маг-оборотень. В повседневной жизни проявляется… да никак внешне не проявляется. Говорят, что даже в человеческом виде оборотни лучше чуют и распознают запахи, более выносливы. Но, как вы понимаете, нам сложно это оценивать. У нас нет какой-то привязки к объектам или циклам. Автоматически звериная форма включается только во время опасности: если, допустим, мне угрожает смерть, или на меня напали…

— Погодите. Значит тогда, в купальне?..

— Я вам расскажу, как было. Ветер был в их сторону, и мы ничего не почувствовали. Так бывает. Когда на Тишу накинули аркан, она испугалась и перекинулась, чтобы защититься. Она ударила его в лицо. Я перекинулась тоже, выкинула тело на берег (порвала, уж извините) и услышала, что в кустах ещё люди. Они убегали, и я постаралась напугать их, слегка поцарапала одного. Гнала до реки, убедилась, что они сбежали — и вернулась. Прошла по верху скалы, оставила следы. Прыгнула вниз. Всё. Это было очень быстро, минуты три.